В поисках единственной

– Лен, ну хватит дуться, – попытался взять ее за руку, но она откинулась на стуле, скрестив их на груди. Ее карие глаза были заплаканные, красные.

– Скажи, ты меня любишь?

– Лен…

– Или работу ты больше всего на свете обожаешь? Знаешь, это странное ощущение. Ладно бы там другая девчонка была, можно было понять, почему ты уезжаешь. Но из-за работы… Я даже не знаю, как с ней соперничать за твое внимание… Это так глупо! – одинокая слеза скатилась по щеке, но она ее поспешно смахнула. Губы упрямо поджаты.

– Лен, я вернусь. Обещаю. Через год приеду. Мы с тобой сразу же распишемся, – улыбнулся. Про любовь ни слова, зато о свадьбе сказанул. Лена удивленно посмотрела на меня, сдвинув брови.

– Это ты так предложение делаешь?

– Это я пока тебе рассказываю планы. А предложение сделаю нормально. Как и положено, с признаниями любви, с кольцом, на коленях. Возможно, даже спою.

– Дима… – она шмыгнула носом, и поспешила покинуть свое место, сесть ко мне на колени, обняв за шею. – Ты не шутишь? Не женишься в Америке ради гражданства?

– Зачем мне какие-то американки, когда у меня есть ты? Красивая, с чертиками в глазах, очень сексуальная, – провел ладонью по ногам, поднимая подол халата.

Ее губы завладели моими губами. Потухший пожар между нами вновь вспыхнул, еще сильнее друг к другу притягивая. Слегка лукавил, что по приезду буду признаваться в любви, во мне ни разу не возникло желания прошептать ей заветных для каждой девушки три слова. Единственное, о чем действительно тревожилась моя душа, что будет не хватать за океаном ее безотказного тела, ее жадности до секса.

3 глава

Кто-то настойчиво звонил в дверь. Повернувшись на другой бок, думал, мне это всего лишь снится. Рядом спала теплая Ленка. Притянув ее к себе, вновь стал засыпать, как звонок опять раздался.

– Кто-то пришел, – пробормотала девушка.

Раздраженно поднялся с дивана, натянул штаны и футболку, поплелся открывать дверь. Не посмотрев в глазок, распахнул ее и хотел послать далеко и подальше, но пришлось захлопнуть рот, не произнеся и слова. На пороге стоял Борька.

– Что-то случилось? – недовольно спросил, продолжая хмурить брови, не ощущая никакого беспокойства.