(Не)приятность для дракона

– Ужасное платье, – поделился он своими, бесспорно, очень для меня важными наблюдениями.

– Вы выбирали, – стараясь даже не улыбаться, отозвалась я.

Дракон выразительно прищурился. Скользнул по мне взглядом ещё раз, теперь куда медленнее и пристальнее, но говорить ничего не стал. Я тоже ничего не сказала, мне всё же жить ещё не надоело. На том тему и закрыли.

– Я не собираюсь вас возвращать. – Вдруг проговорил он.

И в целом я могла предположить нечто подобное, но это вовсе не значит, что я была готова с этим мириться.

– Очень глупо. – Прикладывая максимум усилий для того, чтобы голос звучал ровно, проговорила я.

– Возможно, – точно таким же тоном согласился Правитель.

– Вы понимаете, что это международный конфликт? – Буднично вопросила я, будто мы говорили о сегодняшней погоде.

Снисходительная улыбка была мне ответом.

– Вы не настолько глупы и кровожадны, чтобы отправлять народ на верную погибель.

Ответить на это мне было нечем, потому как… дракон оказался прав.

А дальше… случилось что-то странное. Во всяком случае, лично я оказалась совершенно не готова к тому, что произошло. А произошло следующее:

Дракон сократил и без того маленькое расстояние между нами и поймал мои губы в жёсткий плен. Он… это было сложно назвать поцелуем. Конечно, возможно, сказывалось моё отсутствие какого-либо опыта в данном деле, но что-то внутри меня настойчиво твердило, что целовать нужно не так.

Он терзал мои губы жестко и зло, вымещая на них все свои негативные эмоции. Терзал так, что стало больно, особенно когда он рывком отстранился, зло посмотрел на меня сверху вниз и пошёл прочь, бросив через плечо:

– Жду в обеденной.

Не знаю, что жгло сильнее – губы или душу. Наверно, всё же губы, которые ощутимо распухли, потому что душе я ответственно приказала замолчать.

Постояв так почти минуту, бездумно глядя в пространство перед собой и стараясь ни о чём не думать, отрешаясь от всех терзающих ощущений, я вернулась обратно в ванную и тщательно умылась холодной водой, приводя себя в порядок.

У меня не было причин на такую жгучую боль, что, кажется, выжигала следы в груди. У души не было оснований на обиду. Зато у меня были все причины на злость, ненависть и яростное, трясущее за плечи желание сделать этому существу невыносимо больно. Может, я садистка? Нет, я просто очень обиженная женщина, которую несправедливо похитили.