(Не)приятность для дракона

 – Храбро пообещала она.

Заплаканное лицо Кени просияло от радости и восторга. Она быстро поднялась на ноги с явным намерением меня обнять, но сдержалась. Вот же глупышка. Красивая, конечно, но наивная сверх меры.

– Иди, – велела я ей.

Кени замялась на пару мгновений, но затем охотно закивала и унеслась прочь, не забыв закрыть за собой дверь.

А я осталась стоять, задумчиво глядя ей вслед. И что вообще происходит? Вчера я занималась почти любимым делом, обменивалась ненавистью с придворными моего короля и знать не знала о существовании какого-то там Правителя драконов.

Нет, знать, конечно, знала, но не лично, чем и была довольна. Вчера. А уже сегодня я оказалась далеко от дома, в незнакомом замке с мужчиной, который меня совершенно точно ненавидел, но всё равно почему-то выкрал и забрал себе. И вот вам вопрос: зачем он это сделал?

И вопрос куда более важный: что он теперь собирается делать?

Какой бы храброй я ни была, выяснять это мне не сильно-то хотелось. Всё же храбрость отличается от глупости, чтоб вы знали.

Глупой я себя не считала, места для храбрости пока не находила, поэтому, торопливым жестом погасив наполняющий комнату свет, поторопилась покинуть отведённую в моё пользование комнату, не горя желанием встречаться с наверняка ужасно злым Правителем.

Но не успела. Даже до двери дойти не успела, когда она резко распахнулась, ударившись в стену с такой силой, что по каменной кладке пошли трещинки, а прозвучавший грохот слышал, наверно, весь замок.

На пороге стоял он.

Воплощение ярости и величия.

Мрак во плоти.

Живой ночной кошмар всего мира.

Одного только взгляда на это существо было достаточно, чтобы понять: он не просто дракон, он заслужено носит титул Правителя.

Он был выше почти всех остальных драконов, я и подавно едва ли доставала ему до середины груди. Сама эта грудь была невероятно широкой и мощной, внушающей нервный трепет. Широкий, как три меня, разворот плеч, что сейчас тяжело вздымались от глубокого дыхания, мощная шея, по-хозяйски расставленные длинные ноги, сжатые кулаки размером с половину моей головы.

Сейчас Правитель был в чёрных штанах, обутых поверх тёмных сапогах до колена и в чёрной рубашке с расстегнутым, если не разодранным воротом. Его длинные, до середины спины, иссиня-чёрные волосы были распущены и струились по плечам и спине.

Крылья носа раздувались, вселяя в меня ещё больше страха. Тонкие губы были плотно сомкнуты, на щеках шевелились желваки. Но самым жутким был его взгляд.