(Не)приятность для дракона

За это время мы успели перемыть пару десятков косточек дракону, который так и не сумел до сих пор наладить освещение, доесть мой торт и подумать над вопросом «Куда же Кенелим запропастилась?». Собственно, как раз из-за последнего вопроса я и ушла.

Отправленное с девушкой заклинание легко пульсировало, указывая мне направление, в котором нужно было идти. И я шла по незнакомым коридорам, за изучение которых сяду в самое ближайшее время, и чувствовала нарастающую тревогу.

Не мою тревогу.

Она колебала сгущающийся воздух вокруг, пропитывала его электрическими всполохами, заставляла мою кожу покрываться встревоженными мурашками.

И не зря.

Всхлипы стали слышны с лестницы, ведущей в западное крыло второго этажа, по которой я и поднималась, освещая свой путь тремя порхающими голубыми бабочками.

Страх заинтересованно поднял голову, но был усыплён силой воли, привычно гасящей почти все эмоции внутри меня.

Наверно, именно по этой причине я не поспешила на раздающиеся всхлипы, обосновано опасаясь того, кто может их издавать. Вместо этого я, не дожидаясь того, как окончательно поднимусь, метнула вперёд одну из бабочек.

А когда мои ноги всё же коснулись пола второго этажа, взору моему предстали уже два родных заклинания. И сжавшаяся в комок у стены Кенелим, старательно пытающаяся сдерживать рыдания.

Демоны.

Нет-нет, они здесь были не причём, это всего лишь бедняжка Кени. Маленькая глупая девочка, которой только что, кажется, разбили её хрупкое сердечко.

– Эй, – мягко окликнула я её, подошла и присела рядом с ней, осторожно коснувшись плеча.

Кенелим вздрогнула всем телом, перепугано обернулась, расширив от ужаса глаза, но потом поняла, что это я, и её истерика пошла на новый уровень.

Так просто её не успокоишь.

– Ну-ка, давай, дорогая, поднимайся, – успокаивающе мягким голосом велела я ей, взяла за плечи и попыталась поднять.

Получилось у меня не с первого раза, но в итоге девушка всё же оказалась на своих ногах. Её колени подкашивались, все тело дрожало, по щекам текли непрерывные горячие слёзы и рыдания рвались наружу. Кенелим сдерживала их из последних сил.

– Пошли, – отдала я новое приказание и потащила её к своей комнате.