Провидение. Лекса

Одета, как всегда, с иголочки в кричаще-яркие тона, на Алишера поглядывает, как на назойливую муху, но между тем в глазах читается удовлетворение.

– О, mia cara[1 - Дорогая (итал.)], – заметила она меня, – объясни этому нервному, что я в своем праве.

– О чем идет речь? – включилась я в диалог, проигнорировав лживо-ласковое обращение.

– Мой волчонок немного набезобразничал, – она сделала невинное личико, и потянулась через стол с явным намерением шепнуть мне что-то на ушко. Я решила подыграть:

– И что же он такого сделал? Обворовал мясную лавку?

– Нет, что ты? – заговорщическим шепотом она разбила все мои надежды.

 – Он убил пару человечек. Но я, правда, не знала, что он такое устроит, иначе оставила бы его дома. Честно-честно.

Я смотрела в ее «искренние» глаза и понимала, что это все – идеально продуманный спектакль. Мне не оставили выбора. Я обязана убить этого «волчонка». И в любом случае она будет требовать компенсацию. Неважно, убью я его сейчас, или когда они уедут из нашего города.

Эта старая сука с лицом прекрасной девушки нас обыграла.

– И весь наш спор в том, что я могу подарить тебе эту зверушку. Но ты же воспитанная девочка, знаешь правила. Когда тебе кто-то дарит свою игрушку, в качестве благодарности надо подарить ему свою. Так ведь принято у людей? – она невинно хлопала глазками. А я в это время пыталась найти выход из ситуации, но не могла ничего придумать.

Я посмотрела на Алишера в надежде, что он что-нибудь сделает. Почему нельзя взмахнуть волшебной палочкой, и эта сука исчезнет без негативных последствий для нас?

– Все-таки не в тот дом зашел.

Нужно было зайти к тебе в гости вчера, с тобой было бы интереснее, чем с той малохольной, – подал голос вервольф, стоящий на некотором расстоянии от нас.

– Ублюдок! – тихо выругалась я и, кинув виноватый взгляд на Алишера, метнула в «волчонка» одну из палочек, находящихся в моем пучке. Она попала вервольфу прямо в глазницу, воткнувшись в мозг. Смерть была мгновенной.

 – Надо поставить Курта в известность, что цель ликфидирована.

На лице Изабель светилось торжество – мы перешли к заключительному акту представления. Осталось только дождаться ее решения, кого из наших ребят она заберет. Я старалась не смотреть на Алишера, кожей ощущая его обреченность.

– Я хочу забрать Роше, – забила гвоздь в крышку моего гроба Изабель. – Приведите его побыстрее. К сожалению, я не смогу больше у вас погостить. Сами понимаете, дела-дела.