Стражи Света. Книга II. Хантер

Константина нет и никогда больше не будет с нами, пойми же ты наконец!

Андрей передёрнул плечами и побежал вниз по лестнице к выходу.

Максим и Антон провожали его глазами.

Старший брат глубоко вздохнул. После встречи с оборотнем он стал верить во многие вещи, к которым раньше относился скептически. Ему было больно видеть тинейджера винящим себя за смерть молодого человека, а затем и надеющимся на возвращение Константина. Много раз он объяснял Андрею, это невозможно, однако мальчик не хотел его слушать, а потом начал забывать о страшных событиях.

Сейчас же всё становилось прежним.

– Ты никогда не думал о том, что Андрей может быть прав? – спросил Максим, тоже спускаясь вниз.

Антон последовал за ним:

– Думал. Я просто не хочу, чтобы он напрасно надеялся и ждал чуда. Он и так столько перенёс, а разочарование станет сильнейшим ударом. Я пытаюсь уберечь его. Пусть лучше он считает, что вновь ошибся.

– Значит, ты веришь, что у Каширского не просто так случилась остановка сердца? – Максим остановился и, обернувшись, вопросительно посмотрел на Антона.

– У людей, занимающихся спортом профессионально, такое бывает, – уклончиво ответил студент. – У них очень большие нагрузки, и от этого в первую очередь страдает сердце.

Максим подошёл к ждавшему их у выхода Андрею. Ему искренне хотелось, чтоб друг был прав. С Константином он знаком не был и видел его лишь в день гибели молодого человека, когда Даниил уже выстрелил в своего противника.

Александр с закрытыми глазами стоял у окна в больничной палате, чувствуя себя вполне хорошо, будто ничего и не случилось. Открыв голубые глаза, он устремил взгляд вниз.

Двор был пуст.

На скамейках под деревьями никто не сидел.

Футболисту стало одиноко и немного страшно.

Он понимал, что сегодня на поле произошло что-то очень важное, и не знал пока, что именно.

Ему казалось, некий близкий человек находится совсем рядом.

Александр нахмурился, засунув руки в карманы штанов:

– Наверное, я сплю… Я не мог умереть и заново родиться. Мне всего-то двадцать, и я совершенно здоров! А может… серьёзно болен?

От этой мысли по коже пробежал холодок.

Блондин заходил взад и вперёд.

В палату вошла врач, и Александр резко обернулся к ней, решив узнать всю правду, какой бы жестокой та ни была.

– Скажите, что со мной? – воскликнул он.

– Ничего, – ответила женщина.