Без правил

– А я сказал, что приеду, – как можно мягче произнёс он и потянулся к моим губам, но я увернулась и с силой упёрлась ему в грудь уже обеими руками.

– Нет! Не трогай меня!

Как я ни пыталась оттолкнуть его и выползти из-под его тела, он сгрёб меня в охапку и лёг сверху, полностью лишив меня способности двигаться, приложив для этого минимум усилий.

– Будешь кричать, зажму рот, – предупредил Егор.

– Я что, кукла? Хотя да, скорее всего, так оно и есть!

– Что за концерты? – в его голосе послышалось раздражение.

– Нормальное поведение для человека, которого назвали шлюхой! – парировала я.

– Я не называл тебя шлюхой, – возразил он.

– Да? А как тогда это называется? Ну?

– Детка, я был зол. Я не хочу тебя ни с кем делить, особенно утром в выходной. Мы итак почти не видимся, хотя практически живём вместе.

– А тебе больше трахать некого?!

Зря я это сказала – мой рот оказался зажат огромной ладонью Егора, а сверкающие глаза очутились напротив моих.

– И в чём разница, м? Ты тоже говоришь мне то, что я не хотел бы слышать от тебя, и считаешь это нормальным.

Я смотрела ему в глаза, не издавая ни звука, в основном из-за того, что мне мешала его рука, но даже если бы мой рот всё же был в моей власти, я не смогла бы ничего сказать. Я итак накалила ситуацию до предела, осознание чего пришло только после того, как я оказалась полностью обездвижена. Егор медленно убрал руку с моего рта, продолжая смотреть мне в глаза.

– Успокоилась? – тихо спросил он, обжигая дыханием моё лицо; я просто моргнула. – Ладно.

– Я сейчас задохнусь, – сказала я, пытаясь сделать глубокий вдох, чувствуя, как вес Егора давит на меня.

Он осторожно переместился так, чтобы не раздавить меня, но не выпустил из крепких объятий, которые удерживали меня от того, чтобы влепить ему пощёчину. Я, может быть, и успокоилась, но злиться не перестала.

– Что не так? – спросил Егор, глядя мне в глаза, и потёрся кончиком носа об мою щёку.

– Я хочу разговаривать, – ответила я, не задумываясь. – Разговаривать, а не только спать, есть и… А больше мы ничем не занимаемся. Хотя нет, ещё мы пьём, принимаем душ, и ты иногда куришь.

Тяжело вздохнув, Егор посмотрел на меня с какой-то грустью.

– О чём разговаривать?

– О тебе – это очевидно. Я не знаю ни-че-го. За несколько месяцев, понимаешь? Я уже не могу, я всю голову сломала.