Башни витаров

Тут Тимша припомнил Синигиру свои слова:

– Я ведь и предлагал: давайте все обсудим, разберемся, а ты спать пошел.

Синигир сел на край лежанки, приблизившись к собеседнику, и тихо проговорил:

– Ты же видишь: я не сплю, я тоже хочу разобраться.

– Так почему прервал разговор?

– В отличие от тебя, я не доверяю ему, – охотник мотнул головой в сторону, что, видимо, значило «углежогу».

– Но почему?!

– Давай с самого начала, – возбужденно сверкая глазами, сказал охотник, стараясь не повышать голос, – он подошел к тебе в таверне, сам подошел.

– Из-за повозки, – уверенно ответил юноша.

– О небо! Как же ты неопытен! Неужели ты веришь в такие случайности?

– Какие «такие»? – не понял Тимша, пропустив «неопытен» мимо ушей.

– Ты видел меня… тьфу… не меня, а что ты там видел в лесу, и вдруг в захудалой таверне к тебе подходит человек, который, оказывается, знает разгадку! Он начинает разговор, потом становится нашим спутником, заявляет, что углежог, но и говорит, и живет вовсе не как углежог с Черных болот!

– Что ж, я тебе на это отвечу, – горячо произнес Тимша, – по твоим словам получается: все в тот день произошло неслучайно.

– Ладно, – сердито зашептал Синигир, – ладно. Но, согласись, удивительное совпадение – наша встреча с Муром. Вот интересно, откуда он знает так подробно о войне карагаев и витаров?

Он встал, принялся прохаживаться по комнате, и в лунном свете зверолов разглядел: охотник даже не снял свои знаменитые сапоги, то есть спать не собирался.

– Откуда? – между тем продолжал Синигир уже тише, – откуда? Мур говорил так, словно сам был тогда в Дювоне.

Тимша поворачивая голову то направо, то налево, следил за передвижениями Синигира, потом предложил:

– А давай прямо спросим у Мура.

– Так он и ответил! – фыркнул охотник, – ты же зверолов – знаешь, что иногда зверя надо брать хитростью, а наш углежог – опасный и осторожный, не хуже барса.

– Но мне Мур не кажется опасным, – возразил Тимша, – просто, наверное, он что-то утаивает. Не считает нужным нас посвящать в какие-то свои тайны.

– Но он стал нашим спутником, и уже возложил на нас груз некой тайны! И раз так, должен рассказать все, до конца.

Синигир перестал вышагивать, уселся напротив зверолова, потер лоб, потом погрузил лицо в широкие ладони и затих. Разные путаные, но тревожные мысли метались в голове охотника.