Вредное сокровище Чёрного некроманта

Вот на это Уилльям отвечать ничего не стал.

Заинтересованная молчанием, я приоткрыла глаза и поняла, что друг насмешливо и вопросительно смотрит на меня, напрочь игнорируя прожигающего его полным ненависти взглядом Гардера.

Вздохнув, перевела взгляд на счетовода и напомнила про и так ему известное:

– Согласно Уставу Магической Академии имени Генриха Лучезарного, глава Магические практики, пункт первый, подпункт седьмой, учебное заведение обязано брать на себя все предполагаемые расходы практикантов на дорогу туда и обратно, проживание, пропитание, а также оплату лекарей, если адепты вынуждены будут к ним обратиться.

Тишина. Гнетущая такая, я бы даже сказала – мёртвая…

– Оплата гробовщика тоже осуществляется за счёт академии, – обращаясь непосредственно к Уилльяму, мрачно произнёс счетовод, помолчал пару мгновений и угрожающе добавил: – Я лично оплачу твой гроб, Казэрта.

Вот я бы как минимум оскорбилась, а боевой маг расплылся в широкой радостной улыбке.

– Не думайте, что я забуду это, – весело сказал он.

– А чтоб тебя прокляли, – грустно сдался господин Гардер, опускаясь на своё место и доставая-таки из ящика необходимые документы.

Работал он молча. Удивительно даже. Вообще ни слова не произнёс, только двадцать минут спустя, отпуская нас с полным монеток мешочком, напутствовал:

– Идите отсюда, и чтобы я вас больше никогда в жизни не видел, ясно?!

Мне всё было предельно ясно, а вот Уилл, едва-едва шагнувший за порог, мягко тормознул, развернулся и танцующей походкой… направился обратно в кабинет счетовода!

Поражённая, я так и застыла в трёх шагах от двери, прекрасно видя отсюда, как багровеет и вытягивается лицо господина Гардера и как Уилльям лениво падает на стул для посетителей.

– Знаете, давно хотел с вами поговорить, – начал мой безумный друг.

О чём именно, я так и не узнала – дверь кабинета захлопнулась, отрезая меня от происходящего.

Однако вопли счетовода раздались даже раньше, чем я успела покинуть коридор, и сопровождали меня до тех пор, пока административная часть академии не осталась позади.

Потом стало тихо. А лично мне ещё и почему-то жутко.

* * *

Раздался уверенный стук в дверь.

Случилось это через два часа после того, как я покинула кабинет академического счетовода, оставив там своего языкастого друга. Но вот за друга я не переживала ни капли, а за себя очень даже.

Не позволяя мне хотя бы ответить, дверь моей собственной комнаты резко распахнулась.