Вредное сокровище Чёрного некроманта

Весело зазвенел колокольчик над входом, оповещая хозяев о прибытии потенциальных покупателей. Внутри оказалось поразительно просторно, вдоль стен тянулись заставленные различной бижутерией прилавки, а у дальней из стен имелся неприметный тёмный проход, из которого и выпрыгнула энергичная, бойкая на вид девушка с двумя смоляными косами-змейками.

Я же невольно зацепилась за тишину, царящую в лавке. На улице шумно, куча людей, голоса, шаги, цокот лошадей, а здесь – тишина. Абсолютная.

– Успеха вашему делу, девушка! – Вежливо поздоровался Уилл, проходя внутрь.

Остановившись практически у самой двери, я повернула голову и скользнула профессиональный взглядом будущего бытового мага на пол. С тёплым удовлетворением обнаружила там алую нить звукоподавляющего заклинания. Правда, совсем бледную, практически истощившуюся.

– Чего изволите, путники? – Немного грубо и резко, словно заранее готовясь к возможным неприятностям, вопросила хозяйка лавки.

Вместо ответа Уилльям несколько удивлённо вопросил:

– На что вам скалка?

Заинтересованная, я повернула голову и поняла, что таки да, в руке девушка уверенно, я бы даже сказала умело сжимала деревянную скалку.

– На всякий случай, – загадочно протянула она, улыбаясь.

Взгляд при этом оставался холодным, настороженным, откровенно недружелюбным.

И уж не знаю, зачем Уилльяму понадобилось заходить именно в эту лавку с сомнительным ассортиментом, но я просто не смогла не сказать:

– Простите, что лезу не в своё дело, но у вас звукоподавляющая нить совсем истончилась.

Резко повернув голову в мою сторону, девушка несколько секунд смотрела на меня в искреннем недоумении, затем же лицо её осветилось пониманием и она переспросила:

– Заклинание Тишины?

Я нахмурилась. Посмотрела на стык пола и стен ещё раз, внимательнее, и убеждённо проговорила:

– Это не заклинание Тишины.

На какое-то время на и без того тихую лавку опустилась тишина… звенящая такая и откровенно нехорошая.

И я поняла, что не ошиблась в своих ощущениях, когда вооружённая скалкой лавочница этой самой скалкой с грохотом ударила о прилавок и в ярости прошипела:

– Ах он сдёргоумка колобродный! Окаём! Облуд! Белебеня бессоромная!

Это был шок.