Украсть ведьму

Напряжённо очень было, и явно зря я к их ужину, которого как такового и не было, присоединилась, и…

И тут один из рогатых вдруг спросил негромко:

– Сагару помочь сможешь?

Повернув голову, посмотрела на того, кто самым молодым и маленьким казался, и крылья тревожно складывал-расправлял, взгляда тяжелого с меня не сводя и ответа ожидая. Самого плохого.

И вслух сказать у меня сил не нашлось.

Коротко, едва заметно головой качнула и взгляд на пламя жаркое, хрустящее древесиной, опустила, да всё равно увидела, как все демоны разом сникли.

А потом как-то так вышло, что уже другой тихо рассказывать начал:

– Два месяца назад демон Ансиир, хозяин соседних с нашими земель, вызвал Сагара на дуэль чести. Сагар согласился, а как иначе, правитель же целого Донгрефа, не мог не согласиться.

Вскинув голову, удивлённо посмотрела на того, кто говорил.

Сагар и правитель? О жизни демонов я знала ничтожно мало, не было как-то необходимости узнавать. На всём Кахехаре лишь половина мира пригодна для жизни, вот демоны и живут, разбив земли на пятьдесят семь территорий, во главе каждой из которых свой правитель, и все они подчиняются одному своему Повелителю.

Нет, я точно знала его имя… просто забыла. Вот напрочь забыла.

Да не так это сейчас и важно было.

– Да только не знал он о подлянке, Ансииром устроенной, – подхватил Эдон, ожесточённо пучок мха из земли выдрал и в пламя отправил.

И вдруг там, среди танцующих языков, показалось лицо женское. Красивое до невозможности, вот только ненастоящей та красота была.

И глаза большие синие, как морское дно, и губы алые, как закат, и волосы серебристые, как лунный свет. Всё ненастоящим было.

– Тот с ведьмой связался, – снова первый продолжил, кажется, Лерд. Он, как и мы все сейчас, в огонь, на тонко улыбающуюся красавицу смотрел, вот только в глазах демонов ни восторга не было, ни опьянения красотой такой нечеловеческой. Лишь злость, презрение и ненависть.

Ведьма. Вот оно как…

В груди царапнула обида. Когда началась война, я подставилась под удар, чтобы донести послание до каждой, до абсолютно всех ныне живущих ведьм.

Велела им затаиться, не выдавать своего происхождения, чтобы не поставили свою жизнь под угрозу. Мне это стоило недельного беспамятства и месячного восстановления, но я своё дело сделала – предупредила. А тут получается, что помогавшая Ансииру ведьма предупреждение услышала, не могла не услышать, но не затаилась, и не помогла, она… ничего не сделала. Ничего.