Нина. Таинственный Ник

– Какой ты жалостливый! А Нина у нас плакса еще та.

Маруся засмеялась, что-то веселое проговорила сквозь смех.

У Нины от сердца отлегло: раз веселятся – ничего страшного с Сашей не случилось. Однако это радостное настроение ее возмутило – девушка решительным движением открыла дверь. Маруся охнула, отскочила, потирая ушибленное плечо, закричала:

– Ой! Больно!

Нина строго посмотрела на гостей. Соколовский отвел взгляд, достал красивый серебряный портсигар.

– Нин, а мы вот… Михаил говорит, что лучше тебе, раз Саши нет, снять квартиру с удобствами где-нибудь в центре, – пробормотала Маруся.

Нина присела на скамью, опершись спиной о стену, принялась рассматривать потрясающий малиновый закат. Вечерело; розовые отсветы легли на все вокруг; лица Соколовского и Маруси тоже стали розовыми. Казалось, даже осенний воздух, пронизанный прохладной, розовел.

«Странно, – равнодушно подумала Нина, – они считают: я должна переехать. «Саши нет», – сказала Маня. Его нет, и я должна переехать в квартиру с удобствами».

– Нина Петровна, послушайте…

Нина перевела мрачный взор от заката на историка. Тот замолк, закурил и отвернулся. А закат постепенно темнел, превращаясь в багровое пламя.

– Нина, ну, мы же хотим, как лучше. Чего тебе тут куковать самой? Ну, правда, зима скоро, холод, а у тебя тут – ни воды, ни дров.

Маруся виновато присела на край скамьи. Нина и на сестру посмотрела сурово – Маруся, смутившись, вскочила, заявила, что вообще-то ей нужно идти: в семь часов на фабрике комсомольское собрание.

– Можешь не возвращаться, – сердито произнесла Нина, – я вполне здорова.

Маруся заморгала растерянно, потопталась, потом махнула рукой и отправилась восвояси на свое комсомольское собрание.

Соколовский отстраненно курил, смотрел на небо в бордовых разводах и никаких движений, чтобы остановить Марусю, не предпринимал.

Темнело на глазах, закат грозил вот-вот раствориться в осенних сумерках. Нина поежилась: вечерняя прохлада пробирала до костей.

– Давайте зайдем в дом, – мягко предложил Соколовский, – а то вы замерзли совсем.

Но в доме оказалось не слишком тепло: дрова прогорели. Нина присела у печи, но Михаил Владиславович осторожно отодвинул ее за плечи и удивительно умело взялся за дело – через минуту в печи заполыхало горячее пламя. Нина прижалась к ее теплому боку, согреваясь.

– Вы ведь в квартире живете, – примирительно спросила она, – откуда такие навыки?

– С войны, – коротко бросил Соколовский.