Пленница льда

Ходила на охоту со стаей оборотней во главе с Диланом, не лезла в чужие дела, вовремя принимала отвар из желтого корня и помогала Риа по дому. Занималась с братом Риски, училась у мастера Атли искусству врачевания и запоминала составы травяных сборов. Это было непросто: тексты в книгах рукописные, но я почему-то понимала их, язык был непонятный, даже не латынь.

Довольно часто Дьен звал меня на тренировки. Затем сопровождал в лес, помогая найти те или иные травы, и молча помогал на кухне в те дни, когда Риа уходила на охоту вместе с мужем.

– Сэра, так ты скоро от усталости помрешь, – Риа усадила меня за стол и поставила передо мной тарелку с супом, – отдыхать тоже нужно. Посмотри на свои руки! Все в мозолях, бледная как смерть ходишь, уставшая. Душевную боль так не вылечить, девочка.

Странно, но Риа со временем оттаяла. Я смотрела на эту женщину иначе, осознав, что она не желала мне зла.

Из дома меня не выгнали, выделили небольшую комнату и позволили остаться.

– Все читаешь, ведьмочка, – Дьен приходил в гости все чаще, – свеча скоро догорит, поставить новую?

Я кивнула, наблюдая за тем, как он привычно открывает верхний ящик прикроватной тумбы, где лежали свечи.

– Сэра, – как только света в комнате стало больше, Дьен умолк, но потом словно вспомнил что-то, – я думаю, тебе пора серьезно поговорить с Диланом и Риа.

Я вопросительно подняла брови.

– Ты ведьма, Сэра, – мягко говорил Дьен, – но силой не владеешь. Желтый корень – вещь хорошая, и далеко не все знают, что ты его пьешь, но когда-нибудь он перестанет действовать. Если честно, мне кажется, что колдовать ты совсем не умеешь.

Он смотрел на меня с интересом, ожидал реакции и был совершенно прав; ничего я не умела, хоть и пыталась научиться.

– Я знаю, что ты делаешь по ночам, – шепнул Дьен, наклонив ко мне голову. Мужчина смотрел с вызовом, подался вперед еще сильнее, – видел много раз, как ты пытаешься колдовать в лесу. Ты ведь этому не обучалась, верно? Мы думали, ты хоть что-то знаешь.

И вот что мне на это ответить? Я лишь могла губы поджать, да молчать, как и прежде.

Да, я выходила в лес: ведь надо понять, на что я способна, только ничего у меня не получалось.