Проклятье для дракона

В смысле, вообще всё. Это только потом мне объяснили, что случилось это из-за того, что следящий за нами императорский посол отправился с донесением к хозяину и больше можно было не притворяться.

Маме тут же была оказана медицинская помощь высоких женщин с острыми ушками и чуть раскосыми глазами. Воины перестали корчить из себя суровость, маска ледяного брезгливого безразличия слетела с лица Остара, оставив вместо себя вину, сожаление, раскаяние…

Признаться, я стояла с отвисшей челюстью, не совсем понимая, что это такое сейчас происходит.

Полной неожиданностью стало осознание того, что я информацию об императоре-драконе восприняла спокойнее, чем резкую перемену поведения похитивших нас с мамой мужчин.

Теперь он извинялся перед ней, говорил, что так было нужно, а она, вот так новость, говорила в ответ, что всё поняла и специально засветила наш с ней разговор. Кто ничего не понимал? Да, я.

А маму тем временем увели в спальню, накормили, залечили и переодели.

А нас оставили в гостиной – меня, подобревшего родителя и запас вкусностей.

– Я догадалась, – осторожно ответила я, кивнув.

– Что мать сказала тебе? – Пить вкусный напиток под его внимательным изучающим взглядом было немного страшновато.

– Что ты собираешься отдать меня дракону, – не видя смысла скрывать, я посмотрела ему прямо в глаза – такие же тёмные, как и мои.

Мужчина чуть скривился, перевёл взгляд на пламя в камине, сделал задумчивый глоток горячего напитка. Он молчал недолго, о чем-то думая, а после вновь повернулся ко мне и начал рассказывать:

– Я не отдавал тебя дракону. Он сам захотел забрать тебя, когда прибыл на праздник в честь твоего первого дня рождения. Не знаю, что он увидел в тебе, но решил, что ты будешь жить с ним в его дворце, а после станешь его женой.

Я слушала внимательно, но… верилось мне с трудом. Как можно верить тому, кто нас похитил из собственного дома, увёз не пойми куда, в огонь кинул, а теперь ещё и в вымышленный мир затащил?

Мир, в котором на небе две луны, диск одной из которых стремительно нарастает прямо на глазах, а на улице вдруг резко похолодало настолько, что во всём огромном замке начали разжигать камины и печи и по холодным коридорам никто старался не ходить.

– Твоя мать оказалась к такому не готова, – продолжил папочка сеять смуту в моём сознании.