Северное сияние

– Да ну, Владимир Иванович, нормальная она. – возражал каждый раз гордый Пётр, но на всякий случай спускался из рубки в камбуз, удостовериться, добежал ли его Мышонок до места назначения, не растворился ли по дороге в своих бурных фантазиях.

Гл.8 ДРУЖБА

Лика и Мурка, как и предсказывал Пётр, всё-таки подружились. Такое

могло произойти только здесь, на судне. Больше нигде эти две планеты, летящие по параллельным орбитам, встретиться бы не могли. Одна любимица солнца, сама не обделённая ни теплом, ни светом.

Другая – и не планета вовсе, так, беспризорная комета, летящая в пространстве вселенной. Она тянется к живительным солнечным лучам, она хочет быть обогретой и обласканной, но дорогу к свету не знает, летит наугад, её движение хаотично: найдёт-не найдёт, повезёт-не повезёт.

Где в обычной жизни могли пересечься Лика и Мурка? В очереди в магазине? Ну да, если бы жили в одном городе. У дверей кабинета врача? Опять же, если бы. К тому же обе были ещё настолько здоровы, что, где больницы толком не знали, не то что отдельные кабинеты.

Зато такие вот замкнутые пространства, как корабль, были вполне удобны для встречи двух совершенно разных людей. И не только для встречи, но и для общения, а может быть, тьфу-тьфу-тьфу, и дружбы. Нет, до дружбы у них, конечно, не дойдёт, а вот запомнит Лика Маню надолго. Да и Мурка Лику забудет, пожалуй, не скоро.

Для восемнадцатилетней Мурки двадцатитрёхлетняя, только что закончившая Новосибирский государственный университет, замужняя Лика уже по определению была взрослой женщиной, которую, в силу именно этих обстоятельств, нельзя было не уважать.

Для Мурки авторитетов не существовало, но Лику она зауважала, и уважение это, как ни странно, очень скоро переросло даже… нет, не в дружбу, но в искреннюю и глубокую симпатию.

Конечно, они откровенничали и, однажды сойдясь, за рекордно короткие сроки, вывалили друг на друга почти все свои секреты. И были потрясены ими! Причём, каждая секретами другой.

Мурке было, ох, как много чего непонятно и неприемлемо в Лике. Например, тот факт, что у Лики, за всю её длинную жизнь, был только один мужчина. Она просто отказывалась верить в такую чепуху. Но отказывалась, так сказать, внешним сознанием. Внутреннее, уже на третий день знакомства, не сомневалось: Лика – не врёт!

Лике было ещё труднее осознать, что Маня, эта совсем ещё юная девочка, имела именно то количество мужчин, которое она заявляла.