Пленница наследника короны

– Ну же, руку! Скорее, дай свою руку! – срывающимся от нетерпения голосом велела моя сопровождающая.

Это было странное требование. Она и так держала меня за руку.

Но тут вторую ладонь с силой сжали холодными пальцами и подняли на уровень груди. Не похоже на Костю, у него руки всегда дрожат, и для приветственной части танца мы должны держать ладони ниже.

Ксюша исчезла. Растворилась в окружающей темноте.

Я приготовилась сделать шаг на свет, но мужчина рядом со мной оставался на месте.

Как жаль, что из-за слезящихся глаз и яркого освещения я не могла рассмотреть лица Кости.

– Мы собрались здесь, – неожиданный басовитый голос нараспев протянул слова, звоном наполнившие пространство, – чтобы стать свидетелями небесного союза.

Брови озадаченно сползли к переносице. Кто-то изменил форму открытия Зимнего бала, а мне сказать забыли?

– У нас мало времени! – прорезался справа громкий мужской голос.

– Переходите сразу к делу! – нетерпимо велел голос другой, глухой, недовольный.

Ну, ничего себе! Вот это невоспитанность. Приходить на праздник и требовать поторопиться, потому что у кого-то мало времени? Или это было нашей паре сказано?

Я попыталась шагнуть вперёд, но мои пальцы мгновенно сжали сильнее, протестуя, вынуждая остаться на месте.

Кто-нибудь, выключите этот яркий свет!

– Но, – попыталось возразить эхо.

– Нет времени! Жените их!

Женить? Кого?

Да что здесь, ради Бога, происходит?!

– Это против традиций! – мужской, звучащий со всех сторон голос взорвался негодованием, воспротивился чужой воли.

Протяжный лязг стали заглушил слова.

Прищурив слезящиеся глаза, я, наконец, смогла разглядеть сквозь слепящий свет очертания фигур.

Это совсем не было похоже на актовый зал, убранный к Зимнему балу.

Людей значительно меньше. В центре, где мы должны были танцевать – высокая тёмная арка. Словно два дерева всю жизнь росли рядом, перекручивая ветви, сплетая гибкие стволы. С высокого потолка лились вниз яркие лучи света.

В двух шагах перед нами, находясь прямо под аркой и самыми насыщенными лучами, стояли двое. Старик в тёмно-зелёном балахоне, расшитом золотыми цветами, с тяжёлой золотой книгой в руках. И молодой мужчина в синем плаще, держащий возле горла старика длинный изогнутый клинок.

Кто эти люди? Всё это – часть представления? Не похоже.

Я повернула тяжёлую голову, намереваясь узнать у Кости, что происходит, и не смогла вымолвить ни слова.