Невеста с последствиями

А этот, который ещё одна местная сволочь, склонился к самому моему уху и, касаясь его губами, насмешливо прошептал:

– Ай-яй-яй, тебе никто не говорил, что подслушивать чужие разговоры нехорошо, м, маленькая вредина? – На айшисском прошептал, на моём родном языке.

На вредину я обиделась, но всё равно весомо заявила, дёрнув головой и избавляясь от его прикосновения:

– Вы тоже подслушивали.

И мне даже почти нисколько не напряженно стоять к нему спиной со скрещёнными перед грудью руками, запястья которых он не больно, но крепко удерживал своими пугающе большими ладонями.

– Мне можно, – убойный аргумент просто, и некоторые опять на моё ухо покушаются, – а вот тебе нельзя.

«Где логика?» я благоразумно спрашивать не стала, вместо этого покорно кивнула и согласилась:

– Да, нельзя. Можно я уже пойду? – Просто согласие гарантировано сократит затраченное на разговор время, ну, потому что согласиться всегда проще и быстрее, чем спорить и доказывать свою правоту.

Я никому ничего доказывать не собиралась, мне это в принципе не за чем было, я тут с другой целью.

Но вместо желанного «да, иди» я услышала всё такое же негромкое и откровенно надо мной потешающееся:

– Нельзя.

И меня совершенно без моего на то согласия пугающе плавным рывком развернули, с силой прижали к стене и перекрыли пути бегства своим громадным телом даже раньше, чем я поняла, что тут происходит.

А потом этот, который со странным титулом, ухватил мой подбородок своими ощутимо огрубевшими пальцами, вздёрнул мою голову вверх и, вынудив смотреть в его тёмные глаза с мерцающим вертикальным зрачком серебряного цвета, наклонившись близко-близко, прошептал прямо мне в лицо:

– Нас с тобой ждёт крайне увлекательная беседа… и беседа станет ещё увлекательнее, если ты вдруг по каким-то причинам откажешься отвечать на мои вопросы, – тихий шепот с едва ощутимой угрозой в голосе заставлял невольно прислушиваться к каждому слову и даже дышать через раз, распахнутыми глазами глядя в эти жуткие глаза.

Жуткие глаза жуткого раэра Йэхара.

Не знаю, то ли обстановка сказывалась, то ли уровень, говоря откровенно, был не мой – всё же одно дело ругаться с преступными группировками в городе, и совсем другое противостоять тому, кто даже двигался столь быстро, что у меня не было никакой возможности его засечь… мне было страшно.