Мечта сурового дракона

Напряжённо посмотрев на каким-то образом успевшего нацепить штаны мужика, я невольно опустила взгляд на его обнажённую грудь. Плиты мускул, перекатывающиеся под натянутой кожей жгуты мышц… а на шее камень. Обсидиан, что чернее ночи… На тёмной серебряной цепочке, серебром же окованный, плоский вытянутый медальон.

Ещё раз нервно потёрла чешущийся нос и спросила:

– Опоила? – голос дрогнул.

– Кого? – тёмные глаза сверкнули.

– Видимо, вас, – странный какой-то разговор получался.

Незнакомец тоже так решил, нахмурился и единым плавным движением обернулся, чтобы окинуть комнату цепким взором, заметить высокий резной стакан с чуть мутноватой голубоватой жидкостью на круглом столике у окна и направиться к нему.

Странное дело, движения у него были мягкими и бесшумными, как у опасной дикой кошки, и страха вселяли не меньше, но я почему-то закрыла дверь и осталась наблюдать, хотя уйти же собиралась.

Приблизившись к столику, мужчина подхватил стакан, поднёс к лицу, сделал глубокий шумный вдох… Метнув взгляд на меня, хмуро спросил:

– Что тут?

– Попробуйте, – предложила нервно.

Раздался негромкий, пугливый какой-то стук в дверь.

Так как я к ней была ближе, я же её и открыла, вопросительно посмотрев на женщину в таком же чёрном платье с белым передником, как и у прошлой.

– Выпил? – с живейшим интересом и неприкрытой надеждой на положительный ответ спросила она, широко распахнутыми сияющими глазами заглядывая в моё лицо.

– Не успел, – сказала изумлённая и озадаченная происходящим я. И не смогла не спросить: – А что там?

– Приворотное, – женщина удивлённо моргнула.

– Любовное зелье? – чуть нахмурившись, уточнила я.

Боже, куда я попала?

Мне растерянно кивнули и с дрожью осведомились:

– А он… сейчас где?

Прикинув, что из коридора не видно, я обернулась, посмотрела на отчего-то взбешённого мужчину, всё ещё стоящего со стаканом в руках, вновь повернулась к гостье, повела напряжёнными плечами и ответила:

– В позе «убью нахрен».

Гулко сглотнув, белеющая прямо на глазах женщина проблеяла:

– Так ты же… жена… уже год как.

– Я? – удивилась немало, потрясённо хлопая ресницами.

– Ну, не я же, – неловко пожала гостья плечами.

И цвет её лица из болезненно-белого начал медленно трансформироваться в ярко-красный.

– И не я, – вставила совершенно честно.