Крылатое счастье. Дилогия

Даже топором, наверно, не разрубила, потому что… да потому что он был огромным! Размером с мою грудную клетку, наверно, не меньше.

– Расскажи о ней, – попросил Садхор спокойно, положил на стол деревянную разделочную доску, затем на неё мясо, после взял в руку нож с длинным широким лезвием и уверенно вонзил в тело я даже не знаю кого именно.

Сделал он это даже без замаха, но мясо под его уверенной рукой начало податливо разваливаться сначала на большие куски, затем уже их Садхор нарезал помельче, после чего оставшийся всё ещё приличный кусок мяса положил обратно на тарелку и отнёс в холодильник.

– Ну, – говорить отчего-то сложно было, а отвести взгляд от скользящего по кухне дракона и вовсе невозможно, – мой папа программист, а мама учитель музыки, так что мне с моими картинами там было тесно, поэтому я уехала в другой город.

– Давно? – Тут же спросил Садхор с искренним интересом. – И кто такой программист?

Я на пару мгновений закусила губы, не зная, как объяснить.

– Программист работает с компьютерами.

– Неа, – беззаботно отозвался бросивший на меня насмешливый взгляд мужчина.

Я почему-то ему не поверила, но спорить не стала.

– Это неважно, – покачала головой, беспомощно глядя на овощи, к которым даже не знала, с какой стороны подойти. – Я уехала в восемнадцать.

– А сейчас тебе сколько?

У меня не было привычки скрывать собственный возраст.

– Двадцать четыре, – спокойно сообщила я.

Садхору самому на вид было лет тридцать максимум, поэтому я меньше всего ожидала, что он вдруг отложит нож, упрёт оба кулака в каменную столешницу по обе стороны от нарезаемого мяса, поднимет голову, мрачно взглянет на меня и возмущенно скажет:

– Так мало!

Да, это был первый раз, когда я пожалела о том, что честно ответила на вопрос о возрасте.

Оторвав взгляд от мяса, я непонимающе посмотрела на совершенно недовольного и даже в какой-то мере злого дракона.

– А в чём дело? – Спросила у него, совершенно не понимая причины злости.

– Намного, – зло заверил он, подумал о чём-то всего одно мимолётное мгновение, а затем сказал: – На целых сто сорок лет.

– О… ого, – только и смогла выдохнуть я.

Сто сорок лет – это… впечатляющая разница. Получается, ему сейчас сто шестьдесят четыре года. У нас до такого возраста в принципе не доживают, а Садхору на вид не дашь больше тридцати…

– Ты хорошо сохранился, – нервно выпалила я.