Жизнь, которая словно навечно. Часть 2

Девушка тяжко вздохнула, но отложила бумаги: грех отказываться от выгодного предложения. В конце концов, ее грозятся оставить в покое. Опрометчиво не воспользоваться этим подарком.

Рудковски присела на край кровати и посмотрела на Чарли, давая понять: она снизошла, и предложению лучше оказаться достойным. Подцепив на вилку микрокусок, Катерина изобразила такое лицо, будто ей предложили откушать червя. Блюдо было девушке, безусловно, знакомо – повар вгонял в сомнения. Как бы зря не потратить пространство желудка?

Едва первый кусочек задел язык, глаза Рудковски расширились.

– Боже, прости меня за все те разы, когда я пихала в себя что-то менее вкусное.

Кьют нервно хмыкнул. Иногда он почти лишался рассудка, пытаясь выяснить, шутит девушка или толкует серьезно.

– Чарли, почему ты раньше не делал чего-то подобного? Это ж надо сначала травить второсортностью, чтобы затем покормить божеством.

Чарли не ждал от жены благодарности. Парень знал: Катерина придирчива к пище и не менее привередлива к людям. Упрек вместо «спасибо» Кьют воспринял как нечто естественное. «Она просто не до конца понимает, насколько трудно мне дался бой. Иначе заслуги мои обязательно были признаны», – утешался парень, возвышая жену в ее помыслах.

– Буду теперь готовить почаще, – улыбнулся Чарли и, оставляя девушку с блюдом наедине, вышел из комнаты.

***

Настоящее удивление к парню пришло, когда Рудковски двинулась ему навстречу. Кьют не питал особых иллюзий и не ждал, что поступки его кардинально все переменят. Вероятно, по этой причине Чарли искренне удивился даже мелкому сдвигу в их отношениях.

Зайдя однажды на кухню, чтобы побеседовать с мисс Тейлор, парень застал странную картину. Перед ним разыгралась беседа, от какой голова понеслась по орбите.

– Ты готова готовить? – спрашивала Катерину служанка.

– Да! – резво бросила девушка, притом не зная, за что хвататься. Впрочем, откуда Рудковски должна это знать, если обычно она готовила только острый ответ на упрек в свою сторону?

Девушки до того были заняты, что заметили Чарли лишь в середине процесса. Да и то Грэйс повелительно ему тш-кнула – мол, не мешай. Кьют же и не думал нарушить идиллию.