Находка, или Резкие повороты Судьбы…

Когда стали подъезжать к городу, мне завязали глаза и куда везли дальше, я не могла сориентироваться. Мы долго крутились по городу, сначала я считала повороты начиная с того места, где мне завязали глаза, но потом сбилась со счета, потому что были повороты направо и налево и запомнить все повороты было нереально. Наконец-то машина остановилась. Мы шли по какому-то помещению, а потом меня завели в комнату и сняли повязку. При свете фонарика, который был у Коляна, я увидела маленькое окошечко с решёткой. Дыба принёс какое-то тряпьё, кинул в угол и сказал, что я здесь буду спать.

– Ты почему не отдала мне этого мужика? Кто он тебе?

– Никто!

– И ты готова вот так рисковать своей жизнью за незнакомого тебе человека?

– Ты сам сказал за «человека»! А вы – нЕлюди и почему я должна вам его отдавать?

– А ты не боишься, что вот здесь, где тебя никто не услышит и не увидит мы, три мужика, можем сделать с тобой что захотим, можем даже порезать на ленточки и ради чего ты собираешься страдать? Ради незнакомого тебе мужика?

– Слушай, ты, урод!!! Тебе не понять!!! Вы только и можете убивать или резать на ленточки!!! Таким, как вы, незнакомо чувство сострадания и жалости!!! У вас же ничего святого нет! Вы ради наживы родную мать предадите, и ваша совесть даже не шевельнется, чтобы напомнить, что мать вас родила человеком, а вы кем стали? Да у вас руки по локоть в крови, о чем с вами можно говорить?

– Замолчи! – сказал Витёк сурово.

– Что, не нравится правда? Тебе её не говорят, боятся?

– Я сказал, замолчи и не зли меня, а крови на моих руках пока нет, ты ошиблась. Но, если ты будешь орать, то твоя кровь будет первой. Ну, придется, уж извини, но ты меня достала и теперь моя совесть не просто спит, она в глубоком обмороке от твоих слов. А ты, значит, у нас жалостливая? Ну-ну! Сиди здесь, может, кто и над тобой сжалится. Мы сейчас уедем, когда вернёмся – не знаю. Если будет время, вечером Дыба привезёт тебе еды и воду, а пока сиди тихо, иначе свяжу и вставлю кляп, – он повернулся к своему напарнику и сказал:

– Дыба! Поехали! Не будем терять времени.

Они закрыли дверь, чем-то подпёрли и уехали. А я стала обследовать помещение и думать, как отсюда можно выбраться. Помещение было небольшое, так что, обследовать особенно и нечего было. До окна я доставала, но посмотреть в него не могла. А сейчас, тем более, на улице было темно.