Легион проклятых. Союз трех

Густая алая кровь толчками выливалась из него, унося жизнь Марты. Женщина перекрестилась и зашептала молитву. Быстро нашла бинты и нужные лекарства. Брат Грегори многому обучил Анну, она часто собирала для него травы. А когда он их перебирал, то рассказывал, для чего они нужны.

Расплескивая воду, в лечебницу вбежал Малькольм.

– Вот! Вода!

– Лей на рану.

– Что?

– Ох, Малькольм! – Анна забрала у него кувшин и щедро плеснула на кровоточащий порез. Затем перемешала какие-то порошки, залила их отваром, без конца молясь при этом, и выложила получившуюся смесь на рану, быстро прижав бинтами.

Охотник приподнял тело, помогая перевязать рану.

– Что с ней?

– Боюсь, это заражение, – сказала Анна. – Хорошо, что не зашили, так лекарство лучше проникнет внутрь.

– Я не знаю, когда ее ранили. Рана свежая, но она пришла ко мне совершенно здоровая, – озадаченно сказал Малькольм.

– Думаю, она сама нам расскажет, когда поправится.

– Да. Она всегда поправляется, все будет хорошо, – успокоил себя охотник.

– Маааам?! – позвал снизу Питер. – Еда горит!

– Ох, боже мой, я и забыла! – подхватив свои многочисленные юбки, Анна побежала вон из лечебницы, оставив охотников вдвоем.

Малькольм присел рядом с Мартой на кровать, поправил ее волосы. Девушка улыбнулась во сне, заставив его сердце затрепетать. На ее щеках и правда появились едва заметные ямочки, от холодной, злой Марты не осталось и следа. Она сияла, несмотря на то, что была тяжело ранена в самое сердце. Охотник заботливо накрыл сестру одеялом, затем приложил к горячему лбу компресс.

– Диего, ми амор, – прошептала Марта сквозь сон. – я скучала по тебе.

Малькольм нахмурился и прикрыл дверь, чтобы никто ненароком не услышал.

– Ох и накликаешь ты беду на свою шкуру из-за этой своей «аморы», – проворчал он. – И чем я тебе не пара? Какой тебе толк от этого твоего Диего? Он же даже не тебя любит! – в отчаянии сказал охотник и замолчал, опасаясь, что она его услышала. Но девушка все также улыбалась, смотря сны со своим вампиром.

– Не уходи, – попросила она, не открывая глаз. – Пожалуйста.

Он понимал, что она не его видит и не его просит остаться, но не смог заставить себя уйти. Нахмурюсь, он уселся обратно.

– Не ухожу, довольна? Буду сидеть здесь, как идиот.

* * *

Было темно и холодно. Где-то шуршали крысы, звонко капала вода. Тело ломило, хотелось пить.