Амазонки Земли и Смарагда. Альтернативная история

Друзья встали в круг, защищая спину друга.

Казалось, что конца схватке не будет. Отменные воины, не уставая, рубили лапы и головы зверей. Наконец, пал последний саблезубый.

Друзья осмотрелись.

– Чисто! – сказал Кори, смахивая ладонью капли пота с лица.

– Откуда столько зверей? – спросила Эрис, переводя дух. Как бы ни была она готова к такой схватке, вид крови и трупы животных не вызывали радости.

– Смотрите! – Кент глазами показал на близлежащие деревья. Эрис и Кори перевели взгляд в указанном направлении и обомлели: на деревьях в густой листве прятались маленькие человечки.

– Гномы? – прошептала амазонка, глядя на кентавра.

– Слишком малы, – задумчиво проговорил человеко-конь.

– Это дети, – пояснил Кори, внимательно разглядывая нежданных посетителей.

– Эй, вы, малыши! – закричала Эрис приветливым голосом. – Зовите родителей! Поговорить надо.

– Не надо никого звать, – раздался сиплый голос. – Мы уже здесь.

На земле действительно стояли представители этого загадочного племени.

Мужчины смерили друг друга взглядами, оценивая преимущества и недостатки друг друга.

Гномы были, конечно, небольшого роста, как и все их соплеменники, но очень широки в плечах. Бороды разного размера закрывали лица, густые брови скрывали глаза. Так что весь облик представителей древней расы можно описать, как большой нос и много-много волос. Поверх домотканых рубах красовались жилеты из прочной хорошо выделанной кожи. Кожаные штаны заправлены в сапоги с острыми носами.

– Привет, чужестранцы! – раздался густой бас, и вперёд шагнул гном с седой бородой и большим топором на плече.

Друзья кивнули, с интересом разглядывая предводителя маленького народа. А то, что это командир было заметно не только по замашкам главаря, но и по более богатой одежде, украшенной серебром и драгоценными камнями.

– Поговорим?! – спросил командир гномьего отряда и двинулся в чащу леса.

Путешественники последовали за ним, Кори впереди, а Кент сзади, Эрис – в середине.

– Присаживайтесь, – предложил гном, показывая на невысокие пни расположенные полукругом вокруг столика, выточенного из огромного пня, бывшего, очевидно, когда-то столетним деревом.