Дети увядающей земли

– Не помню, чтобы давал разрешение на изменение энергетической ловушки.

– Я получил его без вас, господин О’Мэйер, точнее, выписал себе сам. В последнее время вы были загружены делами, а я не из терпеливых. – Мартэн О’Дэйк был человеком с превосходной выдержкой, но Лодэвейк заметил, как его руки в черных перчатках сжались в кулаки.

– Задача ловушек была покалечить преступников?

– Безусловно, вершитель, эти люди – преступники. Однажды я читал старый документ, сохраненный целебрантами, в нем говорилось, что раньше ворам отрубали руки за их преступления.

– Какое варварство. – На лице Мартэна появилась гримаса отвращения. – Мы не люди того времени, господин О’Лемменс, наш закон запрещает наносить кому-либо физический вред без решения суда.

– Формально да, но еще ни один вёрв не доходил даже до стадии расследования, поэтому прошу вас, вершитель, избавьте меня от иллюзий. В любом случае наш спор никуда не ведет, воры исчезли, а капкан сработал на охраннике. – Мужчины направились к транспорту ищеек-охранителей.

– Верно. Теперь ваш работник сильно покалечен.

– Я оплачу ему лечебницу целебрантов.

– Этот вёрв остался без кистей рук, ему очень трудно будет найти себе работу.

– Мой секретарь предупреждал охрану о ловушках, они даже подписали договор о том, что предупреждены об опасностях. Согласно которому я могу, вообще, ничего не выплачивать, но к его радости, в последнее время я редко захаживаю в церковь и обращаюсь с молитвами к Созиданию, будем считать этот поступок неким покаянием.

Мужчины прошли к карете, у которой целебранты приводили в себя пострадавшего. Лодэвейк на мгновение замедлил шаг, правая кисть лежащая на трости заметно дернулась, он накрыл ее ладонью левой руки, через секунду господин О’Лемменс вновь пошел вперед, будто ничего не случилось. Культи покалеченного охранника были забинтованы, а сам он произносил одно и то же слово.

– Вёрга… Вёрга… Вёрга…

– Вёрга? – Мартэн недоуменно посмотрел на калеку.

– Это легенда вёрвов. – От пострадавшего отошел целебрант, он взглянул на вершителя с Лодэвейком и почтенно поклонился им. – Жалкий народ считает, что Энтропия пошлет лучшего своего война, чтобы освободить вёрвов от власти хиров.

– Святотатство. – Мартэн грозно посмотрел на пострадавшего, затем на служителя церкви.

– Простите, сэр. Я лишь хотел пояснить вам значение этого слова. – целебрант пристыженно опустил глаза.

– Чушь! – Лодэвейк засмеялся.