Хозяйка дома в лесу безвременья

Ранним утром Санька разбудил её, едва только сошёл ночной туман. Подоив Зорьку, Наталья погладила коровку по круглым бокам:

– Ну что, родимая, недолго ходить осталось? С месяц, наверное, да?

Корова ответила протяжным "Мууу". Мурка выпросила в миску парного молока. Наталья налила побольше, до прихода хозяйки. Санька уже вывел корову с сарайки, увести пастись в лес. Наталья прибрала посуду, вытерла со стола крошки и, выйдя из сеней, тихонько прикрыла за собой дверь.

Выйдя за плетень, несколько раз обернулась на избушку – такой она ей показалась родной и уютной.

– Ну что, идём? – маленький сорванец был сегодня серьёзен. С его плеча съехала потрёпанная рубашечка и Наталья увидела старый некрасивый шрам.

– Санечка, что это, миленький? – ужаснулась она.

Саня быстро поправил рубашечку:

– Ой, тёть Наташ, да зажило уже! Пошлите, торопиться надо!

Дойдя до окраины леса, Санька худенькой рукой показал направление:

– С километр прямо пройдете, там и станция будет.

– А ты, что ль, не пойдёшь меня провожать? – Наталья вдруг поняла, что за такое короткое время мальчонка стал ей дорог. Этакий маленький взрослый – строгий и серьёзный помощник.

– Не могу я, тёть Наташ. Я отсюда посмотрю, пока видно будет. А вы в какой день вернуться-то хотите?

– Как понять: в какой?

– Ну сегодня или когда ушли? – мальчишка смотрел на неё своими хитрыми глазами из под выжженной солнцем челки.

– Да сегодня, – Наталья усмехнулась, – разве что-то можно изменить?

– Ну, а если можно было бы? Вы б что выбрали? – не унимался мальчишка.

– Санечка, к чему эти разговоры? Вот сейчас и поеду!

Наталья повернулась к мальчонке, порывисто обняла его:

– Береги себя, Санька!

И пошла по тропинке, что вывела её к станции. Она несколько раз оборачивалась и махала Саньке, что стоял, улыбаясь, у крайних деревьев и махал ей в ответ.

На секунду будто взгляд расфокусировался, как пленку сморгнула, повернулась – мальчонки нет уже.

***

Утренняя электричка была полна народу, смешанным запахом духов, перегара, пота, невыполосканным ароматом порошка и табачного дыма.

Открыв своими ключами дверь, она тихонько переступила порог, аккуратно поставив рюкзак, чтобы не разлить банку с Зорькиным молоком. Наталья услышала нервный голос мужа (он же должен быть на работе), плачущую младшую дочь и Свету, говорящую по телефону с какой-то больницей.