Утопая в звёздах

Иногда я улыбался Пикси, а она – мне, на секунду зависая в воздухе, прежде чем снова полететь вперед. Но потом мы сбивались с ритма, ее волосы развевались позади, словно все время пытались ее догнать.

Я бы хотел и дальше так качаться, но, когда я на ходу спрыгнул с качелей, желая показаться смельчаком, другой ребенок перехватил их прежде, чем они успели вернуться ко мне. Проблемой было то, что качелей всего двое. А детей в парке – намного больше.

Вскоре после этого Пикси тоже спрыгнула, и ее качели постигла та же участь.

В то утро я понял, что качаться на качелях с Пикси было одним из лучших ощущений в моей жизни, даже несмотря на то, что детская площадка располагалась всего в нескольких шагах от свалки.

Вместе мы еще побродили по небольшому парку. На баскетбольной площадке толпились ребята нашего возраста.

– Скоро ее займут старшие и выгонят их, поэтому они приходят пораньше.

Ее слова объясняли, почему дети играли так яростно. И я был почти уверен, что выцветший мяч, который они передавали друг другу, на самом деле был футбольным.

Листья на деревьях росли так высоко от земли, что казалось, это такая общая игра – срывать их. Вскоре после того, как я подумал об этом, Пикси подтвердила мою догадку, попробовав сорвать листок, до которого точно не смогла бы дотянуться.

Она была на голову выше меня, но я решил попробовать подпрыгнуть. Слегка оттолкнул ее в сторону, попятился и разбежался. А затем сорвал лист с дерева кончиками пальцев правой руки.

Я протянул его Пикси с широченной улыбкой, не задумываясь, как это выглядит, пока какой-то ребенок не начал дразнить ее:

– Смотрите, у Пикси появился малыш-бойфренд!

Все стали петь песенку о целующихся на дереве[4 - Детская песенка-дразнилка о двух влюбленных.

Аналогичная ей: «Тили-тили тесто, жених и невеста…».]. Я хотел защитить ее, но почувствовал, как мои щеки горят, а язык словно онемел.

– Заткнись, Алфи. Тебя никто не спрашивал.

Пикси показала ему средний палец и высунула язык.

Алфи скорчил гримасу и показал в ответ свой.

Пикси топнула ногой, и он тут же попятился.

– Не заставляй меня подходить к тебе!

Она повернулась ко мне.

– Он придурок. Не позволяй ему обижать тебя, – сказала она и громко, чтобы Алфи мог услышать, добавила: – Ведет себя слишком самоуверенно для мальчишки, который в прошлом году надул в штаны на школьном спектакле.

Алфи, казалось, пожалел, что вообще открыл рот, и повернулся к нам спиной.

– Вот так-то, – ухмыльнулась Пикси.