Любовница Вера

Персту было около пятидесяти (хотя никто не знал, сколько ему на самом деле лет), когда он взял восемнадцатилетнюю Дану, это была его последняя и любимая жена.

Как только родилась Ара, Перст зарегестрировал ее, как Арину Петровну Златых и перевёл на единственную признанную и законную дочь все движимое и недвижимое имущество.

Времена были лихие, на его трон претендовало много молодых и рьяных. Предателей барон наказывал, сам приговаривая к смерти, приговор сразу же приводился в исполнение. Но на их место приходили новые главари, которые требовали большей доли от продажи наркотиков, влияния на бизнесы из попрошаек.

Новые главы его армий пытались создавать свои бордели из проституток, которые прибывали со всех концов необъятной родины.

Барон каждый день боялся умереть, оставив маленькую Ару одну на съедение голодным волкам из стаи. Он доверял лишь единственному человеку. Своему заместителю Сулейману Кайсарову. Именно ему главарь цыганской мафии поручил вывезти ее заграницу, в США.

? Сулик, за Ару отвечаешь головой, если с ней что-то случится, никто из твоей семьи не останется в живых.

Ты меня знаешь.

? Да, Перст Стевович, я понял, – Сулейман всегда был скуп на слова, поэтому лишь поправил свою кобуру с пистолетом.

? Документы готовы. По ним ты отец Ары, ей всего пять, но она все знает и понимает зачем я ее отправляю за океан.

? Да, Перст Стевович.

? Когда здесь все утихнет, я дам знать. Но ближайшие лет десять, чтоб носа сюда не совали. Жарко здесь будет.

Сулейман недовольно сопел.

Он оставлял своего названого отца и шефа в такое непростое время, чтоб нянчиться с девчонкой в далекой стране, которую видел лишь на картинках. Там на имя Ары уже был оформлен дом, страховка и место в частной школе. Сулик же должен был контролировать американский филиал бандитов Барона.

На прощание Перст обнял Сулеймана, которого любил, как своего сына. Он долго смотрел в чёрные, как ночь, глаза Арины, гладил волосы вороного крыла и называл Даной.

? Папочка, я – Ара.

? Я знаю, мой цветок, знаю, знаю, моя душа. Мама смотрит на тебя с небес, она умерла, когда родила тебя. Но она всегда хранит тебя. Я всегда буду хранить тебя.

Страшный и жестокий бандит, который наказывал расстрелом, отдавал приказы забирать молодых женщин в проститутки, собирал дань с малолетних попрошаек, плакал второй раз в жизни. Первый, когда на родах умерла его любимая Дана.

И у всех охранников, даже у бессердечного Сулеймана, на глазах застыли слёзы.