Святой перевал

На их фоне зловеще вырисовывался темный силуэт парящего в небе грифа-бородача, высматривающего себе на ужин жертву.

– Нужно торопиться, – сказал Амир, – Вечера в Гималаях короткие. Мы должны успеть добраться до реки и набрать воды и дров для костра.

Почему-то все зашагали быстрее: то ли оттого, что дорога пошла немного вниз, то ли желая поскорее развести огонь.

Речушка оказалась не так близко, как мы думали, глядя на нее сверху. И, когда мы, наконец, вышли к ней, черная зловещая тень уже поползла по ущелью.

– Аня, ты останешься здесь, с вещами, – сказал Миша, – А мы…

Он остановился на полуслове. Наши взгляды сразу же обратились в ту сторону, куда смотрел Миша. Там, на пригорочке, под чуть склонившимся деревом виднелись три могилы с наспех сбитыми из толстых сучьев крестами. Стало как-то не по себе. Подойдя ближе, мы увидели кожаный мешочек, аккуратно повешенный кем-то на сучок одного из крестов. В нем были документы, вероятно, тех людей, чьи тела покоились в этих могилах. Изучив паспорта, ребята пришли к выводу, что свой последний приют на берегу этой живописной речушки нашли трое бельгийских парней, старшему из которых было всего тридцать пять лет.

– Около недели, наверное, здесь лежат, – осмотрев могилу, сделал вывод Амир.

– Что это? – спросила я, наклонившись ближе к паспортам, которые держал Олег.

– Кровь, – сказал Амир.

– Не нужно пугать Энни, – неодобрительно посмотрел на него Рамит.

– Я не хочу никого пугать. Мы не знаем, что здесь произошло. Но, на крайний случай, нам нужно быть осторожнее.

Не сговариваясь, ребята сняли свои рюкзаки и достали оттуда ножи.

– Давайте отойдем в сторону от дороги и переночуем где-нибудь там, за этим пригорком, – предложил Миша, – Мало ли кто здесь ходит по ночам.

– Хорошо, – согласились Амир и Рамит, поднимая с земли рюкзаки.

– По всей вероятности, мы не первые, кто решил заночевать в стороне от дороги, – хмуро сказал Олег, подойдя к краю пригорка. Мужчины устремились к Олегу. Я тоже медленно приблизилась к ним, хотя ноги почему-то не хотели нести меня в том направлении.

Открывшийся нам вид был ужасен. Прямо под пригорком стояла яркая красно-желтая палатка. Вещи лежали как-то странно: как будто кто-то аккуратно сложил рюкзаки, посуду, аккуратно уложил дрова для костра, а потом начал бегать и топтать все это. Не разбрасывать, а именно топтать. Но не это было ужасным, а другое: чуть поодаль, у самой речушки и даже в ней самой лежало несколько изуродованных трупов.