Мой личный монстр

Сбившееся дыхание заставило меня сначала отдышаться.

– Что случилось? – твердо спросил вампир. Его уверенный голос придал мне силу.

– Там… она мертва, – на судорожном выдохе произнесла я, борясь с приступом накатившей истерики. А вдруг мне все приснилось и почудилось? Как в детстве, позвать маму, чтобы она прогнала кошмар. – Пошли со мной.

– Показывайте, хозяйка, вашу находку, – с долей скепсиса произнес вампир. Может, он подумал, что я увидела мертвую мышь в подвале? Ну, нет, у меня побольше сюрприз.

Я отключила защиту камеры.

Вампир тенью пошел за мной, озираясь по сторонам. Сколько он не выходил из подвала? Странно, я даже не подумала о риске. Но у меня в руках контроллер, убежать он тоже не мог: чип в голове не позволит выйти за территорию дома. Если, конечно, не задать другие параметры.

Я повела его сквозь туман обратно в склеп. Я не хотела ничего объяснять, пусть сам увидит. Зачем я возвращалась обратно? Зачем?

– Пахнет свежей кровью, – тихо проговорил он.

– Верно… – вторила я. И в тумане казалось, что слова растворялись.

Он смело подошел к мертвой. Я застыла в нескольких метрах, наблюдала со стороны. Вампир перевернул девушку на живот. Чуть выше копчика располагалась рваная рана с потемневшими кусками плоти.

– Её душили, – вампир показал мне красные следы от веревки у нее на шее, – и трахали в хвостовой канал. Она пыталась сопротивляться – эти борозды на земле, она впивалась ногтями, сопротивлялась до последнего. Я чувствую запах спермы. Убийца получал удовольствие.

– Это кицунэ. Оборотень-лиса. Разрыв кишки хвостовой зоны ведет к смерти, – всплыли полученные знания, мороз пошел по коже. – Убийца знал, что делает. Когда ты стал детективом?

– Я видел слишком много смертей. Сам забирал жизни – но не так. Сюда кто-то идет, прячемся.

– Зачем прятаться? Надо позвонить в полицию! Это частная территория, они… – с уверенностью произнесла я.

Он завел меня за ближайший склеп, прижал к холодному камню, зажав рукой рот и приблизившись вплотную. Придурок, ты трогал этими руками труп, теперь мое лицо! Но вместо слов получилось только промычать ему это в ладонь, вышла какая-то несуразица.

На мое отвращение он не обращал внимания, сосредоточившись на темных деревьях, укрытых пеленой. Дернул в темную нишу склепа. Вероятно, выбрав лучшее укрытие и оказавшись слишком близко, интимно прошептал мне:

– Тихо, милая, а то вы, девушки, любите кричать, когда в этом нет нужды, побереги голос на крики от более приятных занятий.