Княжеское правило

Олег запер ее за собой и поднялся на второй этаж.

Стены там были украшены рисунками витязей и чудищ, резьбой и даже полотнами из блестящего золотистого аксамита. Пол покрывали турецкие ковры, под потолком покачивались причудливые люстры, в которых ярко горели лампы. Слуги регулярно убирали и проветривали коридоры.

Вот как живут те, кто людскими судьбами каждый день распоряжаются.

После пары минут блужданий, Олег нашел дверь опочивальни и встал у нее. Потом оперся на ближайшую стену. Потом прислонился к ней. Все вокруг покачивалось и было приятно размазано.

Сонливость становилась все сильнее, глаза закрывались сами по себе. Олег переминался с ноги на ногу, щипал себя, мотал головой. Ничего не помогало. Он не мог ни пройтись, ни умыться холодной водой – оставалось надеяться на силу воли. Только Олег себя хорошо знал и в свою силу воли не верил.

Если его поймают спящим на посту – будет плохо. В лучшем случае получит розг, а в худшем…

– Братец, тебя в караул поставили?

Олег вздрогнул и обернулся.

Вблизи он выглядел совсем иначе, не как на пиру. Без дорогой одежды и украшений он был похож на обычного деда. Растрепанный, с усталым лицом и сухой смуглой кожей. Но в его позе, в его глазах, в его движениях была видна привычка к власти. Настолько уверенная привычка, что он мог командовать другими даже босяком и завернутый в шкуру.

– Да, я… Олегом меня зовут.

– А меня Андреем, – князь усмехнулся. – Поможешь мне? Я тут в своем же доме замерзаю как босяк.

Не дожидаясь ответа, Боголюбский взял ошарашенного Олега за плечо и потянул за собой.

Спальня князя Владимирского была намного скромнее остального дворца. Простые белые стены, широкое окно, дубовый стол и стулья, просторная кровать и пара сундуков – все добротное, хорошо сделанное, но не роскошное. Меч святого Бориса был брошен стоял в углу, рядом с тазом с водой.

Самой необычной частью убранства был портрет отца князя – Юрия Долгорукого.

Князь прошаркал к небольшому камину и недовольно потыкал ногой сваленные внутри дрова.

– Я его и так, и сяк. А оно не горит никак! Посмотри, что там, а?

Олег кивнул и полез в камин, украдкой оценив украшенную искусной резьбой решетку.