Уходящий ангел (сборник рассказов)

Пожилой мужчина взялся за рукав куртки молодого и, теребя руку, умоляюще смотрел на него. Молодой достал из кармана билет, посмотрел на него, бросил короткий взгляд на часы, висевшие над стойкой буфета, махнул рукой и решительно сказал:

– А, была не была. Час раньше, час позже. Как вас зовут.

– Андрей Гаус. А вас?

– Антон. Можете на ты.

Они рассовали свои бумажники по карманам. Молодой прошёл в зал ожидания вокзала и через пять минут вернулся.

– Следующий поезд только к вечеру, – сказал он почему-то с каким-то облегчением, поднял сумку и пошёл следом за пожилым мужчиной.

В кафе было тепло и уютно. Пахло кофе и свежими булочками. На кухне что-то жарилось, и оттуда доносились приглушенные голоса. Из коридора, ведущего в подсобные помещения, выпорхнула маленькая и худенькая официантка. Ее остренькое лицо расплылось дежурной улыбкой, но глаза были усталыми и заспанными.

– Что угодно господам? – спросила она напевным и мягким голосом, раскладывая перед посетителями папочки с меню.

– Уважаемая, мне бы только пару жареных яиц с ветчиной, булочку и кофе, – сказал Андрей Гаус, не притрагиваясь к папочке.

– Два круто сваренных яйца, булочку с маслом и тоже кофе, – в свою очередь заказал Антон.

Официантка тут же торопливо ушла на кухню.

– Я уверен, что вы ошибаетесь, господин Гаус, – сказал Антон. – Скорее всего, на фотографиях разные, но очень похожие женщины. Всё-таки между нами разница в тридцать лет. Сколько ей было, когда вы сошлись?

– Лет двадцать пять, не больше.

Пожилой мужчина задумался, пытаясь вспомнить что-то важное.

– Слушай, я действительно ни разу не видел её паспорта.

– Ну вот, тогда, конечно же, это не моя бывшая подруга. В каком году вы сошлись с ней?

– В 1968.

– Ясно же. Не могла моя подруга уже тогда, когда мы с ней сошлись, быть в пятидесятилетнем возрасте. Моя Вера была намного моложе. Сколько лет ей тогда было тоже не могу сказать.

Официантка принесла тарелки с едой и кофе и ловко расставила всё по местам. Антон полез за деньгами в карман, но пожилой придержал его руку.

– Не беспокойся, я рассчитаюсь.

Он тут же достал бумажник, отдал официантке одну купюру, показав знаком, что сдачи не надо, и после этого стал рассказывать.

– Я тридцать лет был женат.