Реалити «Фаворитка»

Сиадара обошла помещение, собирая с полу метательные ножи. Нашла пять штук. Шестой, как она помнила, вылетел в коридор, и забрать его не было возможности из-за закрытых дверей.

– Могу я пожаловаться Великому Челгаану на вторжение в мою комнату? – спросила она у своего отражения в зеркале, надевая перевязь под юбки и застегивая кожаные ремешки на бедрах.

– Можешь, – раздался голос сзади.

Хейлиин подскочила на месте и торопливо одёрнула юбки.

Челгаан сидел в кресле за её спиной и с легкой полуулыбкой смотрел на неё.

– Продолжай, я не буду возражать, что ты носишь перевязь, – сказал он насмешливо.

Хейлиин сделала вид, что не расслышала его реплики.

– Я не собираюсь на вас нападать, Великий, но сегодня ко мне вломился полуголый человек и… покушался на меня, – сказала она, тщательно подбирая слова.

– Надеюсь, сиятельная сиадара, он не причинил тебе вреда? – поинтересовался Челгаан, глядя на нее стеклянными, ничего не выражающими глазами.

– Нет, но мог… Благодарю, Великий, что вы вернули мне оружие, оно помогло защититься.

На губах Челгаана едва заметно заиграла улыбка, словно бы он знал что-то такое, что ускользало от её понимания.

– Я обязательно накажу наглеца. За такую провинность он достоин смерти. Я подумаю, как это устроить… красиво.

Последнее слово неприятно царапнуло сиадару. Она, и сама была готова недавно убить незнакомца, но что-то её настораживало в поведении «колдуна». Он был какой-то странный и очень мутный.

– Кто этот человек? Тоже – колдун? Вы знаете его?

– Он – раб, не стоит ни твоего, ни моего внимания. Когда придёт его последний час, ты об этом обязательно узнаешь, великолепная Хейлиин. Давайте лучше поговорим об наших дальнейших планах, ты же пришла ко мне за помощью.

Хейлиин бросила украдкой взгляд в зеркало, и, увидев отражение молодой красавицы, тут же смирилась с тем, что хозяин Железного Замка нечаянно или умышленно назвал её своей, хотя у него не было на это прав. Она отлично понимала, что колдун сотворил чудо, и может завести с ней разговор о цене, которую она должна будет заплатить.

– Вы не даром зовётесь Великим.