Опознанный летающий объект, или Двоюродные братья по разуму

Тут ошалевший проводник опомнился и сиплым от негодования голосом провещал:

– Бабка, я знову, останий раз говорю: «Зариж ты цього прыдурка!»

В ответ откуда-то из глубины вагона загремел густой бас:

– Та це ж бульон ходячий, а не птыця. Його риж, не риж, а всэ одно покою нэ будэ – така питвора врэднюча!

Услыхав бас, петух взвыл, и Юрка был готов поклясться, что в этой заливистой ответной речи он самым нелестным образом отозвался о роде человеческом в целом и о присутствующих в частности. Особенно рыжий нахал упирал на личность проводника и делал это так недвусмысленно, что тот при всей толстокожести сразу это понял и смертельно обиделся.

– Грамадяне! – заорал он. – Будьте свидкамы, не можу я цього терпиты вид птыци! – и с неожиданной для самого себя прытью тучный проводник вывалился на перрон и всем телом кинулся на окаянного петуха.

Но, очевидно, превращение в цыпленка-табака не входило в ближайшие планы Бульона и он, покинув грешную землю, вознесся к стеклянному куполу вокзала. Надо заметить, что для домашней птицы летал он неожиданно хорошо, что впоследствии на своей шкуре изведали дворовые коты, дикие голуби и даже шустрые, нахальные воробьи.

«Пиво-воды» и оттуда, в полной безопасности, продолжал поносить багрового, как печка, служителя путей сообщения.

Публика, повалившая из вагонов, окружила место действия плотным кольцом, так что Юрка с родителями, оказавшись в эпицентре скандала, прозевали главное событие, ради которого собственно и пришли на вокзал.

На площадке тринадцатого вагона, неся на плече неправдоподобно большой кованый сундук, появилась худенькая старушка ростом от силы метр двадцать и громко сказала басом:

– Навищо птыцю на дах загналы, ну як малэньки прямо дило! Пивня у сэбэ в городи николы нэ бачилы?

И тут Юрка как-то сразу понял, что это и есть бабка Мотря, а петух и сундук – ее движимое и недвижимое имущество, с которым ему жить бок о бок целых два года. А когда понял, то подумал, что все это неспроста и просто так не кончится.

Бабка Мотря была Великой Легендой семьи Карташевых. Впервые появилась она в доме Юркиного прапрадеда, присяжного поверенного Николая Николаевича Карташева, еще перед первой мировой войной, в тринадцатом году. Собственно, тринадцатому году оставались считанные минуты, когда в карташевской квартире раздался заливистый трезвон. Кто-то методично вращал вертушку звонка, добросовестно выполняя призыв на нем:

«Прошу крутить».