Злой Октябрь

Я прикинул, сколько у меня капитала, и пришел к выводу, что на ближайшее время относительно свежий воздух нам, пожалуй, обеспечен.

Ко времени моего возвращения Лежебоко преобразился даже больше, чем «придсидатель»-дворник. Он встретил меня хорошо одетый, чисто выбритый, с лихо закрученными кверху усами a lа Иван Поддубный, опухлость лица была почти не видна, пахло от него неплохим одеколоном. И бутыли с самогоном на столе больше не было. Передо мной стоял подтянутый, огромного роста и богатырского сложения, привычный мне судебный следователь Савелий Игнатьевич Лежебоко.

– Вот таким вы мне куда больше нравитесь, – сказал я. – Кстати, и окно можете смело открывать, хоть проветрим немного.

– Неужто удалось? – поразился он. – Интересно бы знать – как?

Вместо ответа я подкинул на ладони еще один полуимпериал.

– Да, – согласился Лежебоко, – аргумент, хоть и не революционный, но вполне вещественный.

– Был и революционный аргумент, – сказал я и достал из кармана браунинг.

– Да, это они тоже понимают, – усмехнулся он, открывая окно.

В комнату хлынул почти свежий воздух. .

– Ну вот, уже можно дышать, – сказал я. – Если б еще и в комнатах прибраться…

Он отмахнулся:

– Да чего прибираться? Все равно убожество, чистый мизераблизм. Всей мебели – стол, пара табуретов да две кушетки. Были бы вы на моей прежней квартире на Екатерининском канале!

– А что же с той квартирой?

– Да выкинули меня из нее.

Хорошо хоть не шлепнули сразу. Как узнали, что я при «проклятом царизме» судебным следователем был – так и выкинули. Там сейчас какая-то шишка из Советов с семьей проживает, говорят, друг самого Троцкого. А я – вот… – Он обвел рукой почти пустую комнату. – И мебель сейчас за керенки черта-с два купишь. Ну да ладно, чем богаты, тем и рады, надеюсь, не будете в претензии. А когда-то мы с женой…

– Так вы женаты? – спросил я.

– Был, – ответил он сухо.

 – Теперь – вдовец.

– И давно?

Некоторое время он молчал, наконец сказал:

– Ладно, сознаюсь вам, облегчу душу. Я тогда умолчал на заседании Тайного Суда… Ведь Лизанька, моя покойная супруга, была подружкой Таисии, последней жены Леднева. Я-то и не знал, что Таисия снова вышла замуж, да еще за такого злодея. В тот день она как раз пригласила Лизаньку яхту нового муженька осмотреть, вот Лизанька вместе со всеми и сгорела.