Исчезновения

К чести своей, Еремеев неожиданно обнаружил там и две книги своего собственного сочинения, одну из них со своим последним романом он непроизвольно взял с полки.

– Я как раз недавно прочел, – сказал мальчик. – С точки зрения языка, по-моему, очень даже неплохо. Композиция тоже более или менее. Развитие фабулы… – Он слегка поморщился. – В этом смысле средненько. Но в общем я оцениваю вас вполне прилично – примерно в сто семьдесят пять.

– Это что значит? – не понял Еремеев.

– Я имею в виду ваш «ай кью», коэффициент интеллекта, – пояснил мальчик.

 – Я всегда пытаюсь оценить «ай кью» автора прочитанной книги и редко ошибаюсь. С американцами-то просто – они все знают свой «ай кью» и не стесняются его назвать. Я двоим писал письма, и они мне ответили. Оказалось, в обоих случаях я ошибся всего на единичку. Хотите, и на вас проверим? Дело недолгое.

Нельзя сказать чтобы Еремееву впрямь этого очень уж хотелось – была опасность на поверку оказаться глупее, чем его считали окружающие, а перед этим мальчишкой почему-то в особенности не хотелось выглядеть придурком, к тому же не терпелось поскорей узнать, для чего все-таки его сюда позвали, – однако он ответил:

– Ну если недолго…

– Ровно десять минут, – сказал мальчик и включил компьютер.

 – Усовершенствованные тесты моего собственного изобретения. Сейчас я буду задавать вопросы, а вы должны быстро на них отвечать. Тут дело как раз в скорости ответов. Что, начали?

Вопросы оказались в общем-то нетрудными, надо было составлять фразы из заданных слов, дополнять ряды недостающими числами, угадывать, какая из фигур на экране лишняя, решать незамысловатые логические задачки, но вопросы эти следовали один за другим с такой быстротой, что несколько раз Еремеев сбивался.

– Всё, – сказал наконец мальчик. – Десять минут. Итак, что мы имеем в итоге? – Он нажал на клавишу и сообщил, довольный: – А в итоге мы имеем почти в точности то, что я и предрекал: сто семьдесят шесть!

– И что это означает? – поинтересовался Еремеев.

– Несколько выше среднего. У Эйнштейна, скажем, было двести два.

– Ну, то же у Эйнштейна… – развел руками Еремеев.

– Кстати, двести два еще не предел, – прибавил мальчишка. – В последнее издание книги рекордов Гиннеса был занесен десятилетний школьник из Нигерии – у него «ай кью» двести восемь.

Еремеев поинтересовался:

– А у тебя какой?

Мальчик едва заметно улыбнулся.

– Лучше-ка я не буду отвечать.