Зеэл. История невозможных миров

И больше всего мои глаза обманывали красные стрелы железнодорожных веток, исходящие из точек на карте, пучки, похожие на объемные бутоны красных хризантем, глядя на которые, ты отчетливо представляешь и невидимые глазом направления, уходящие вглубь этой карты. От такой стереокартинки немного кружилась голова. А люди, стоящие рядом с сосредоточенными и безразличными лицами, изучавшие нужные им маршруты, были совершенно спокойны и даже слегка расслаблены.

Карта вблизи казалась еще больше и подробнее, и вглядываясь в нее дольше, получалось выделить и приблизить в своем воображении нужную станцию и все детали маршрутов, а также дорог другого транспорта.

От такого неожиданного расширения поля зрения я опешил, и как это обычно бывает расслабился мысленно, теряясь в догадках и пролетающих с бешеной скоростью ассоциациях.

Но тут меня потрясло новое открытие. После мысленного релакса, я увидел, даже не трехмерную картинку, а нечто большее. Я смог, не отрывая взгляда от карты присутствовать над любыми городами и целыми областями и в них, и это происходило одновременно.

Я увидел всю картину трафика транспорта в границах карты, промчался по дорогам, по всем городам, заглянул в перпендикулярном плоскости карты направлении, и понял, что я изучил ее полностью и навсегда.

Когда «нормальное» состояние вернулось, а точнее, когда я почувствовал себя спокойно и уверенно, пришло время от общего вернуться к деталям. А они казались не менее удивительными и какими-то неуютными. Первое, что меня заставило вжать голову в плечи, были названия на карте.

Примерно на привычном месте столицы был город под названием Моссква, а на месте Тулы – Тола. Границы страны были не плоскими, а ее территория казалась намного больше, чем даже СССР, называлась эта страна Союз Народов Губерний- СНГ.

Навалившиеся не меня впечатления, ощущение де жа вю с элементами фантастики в стиле Интерстеллара или Сталкера, отодвигали мой самый первый вопрос. «Как я здесь оказался?», впрочем, и второй вопрос тоже «Кто я здесь такой?», почему никому нет дела до шарахающегося и пребывающего в легком шоке незнакомца?

Но в последнем я ошибался.

Глава 4.

Окончательно решив, что я здесь чужой и успокаивая себя, что это путешествие когда-то должно закончится, а реальность придет в норму, я вдруг почувствовал, как сомнения начинают одолевать мой усталый разум, а спутанные мысли начинали прыгать и производить адреналин.