Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию #2

Только куда ему, сопляку, против тёртых сотрудников розыска!

На вопли из здания высыпала половина воспитанников. Подходить мелкие боялись, издали пожирая глазёнками такое невиданное зрелище: «правильного пацана по беспределу ломают». Подтянулись и педагоги.

– Детей уведите, – крайне хамским тоном (с закосом под делового) приказал Иванов. – У нас тут разговор намечается…

– Но позвольте! – попробовал возмутиться незнакомый пузатый мужик в мятом костюме, видимо, один из учителей. – Что происходит?!

К этому моменту приятели опера уже оттащили брыкающегося Виталика за школу.

– Справедливость, – радостно ответил опер и показал зажатый в руке солдатский ремень с бляхой. – Вот, воспитатель родом из СССР. Батин, по наследству достался.

– Вы его будете бить? – почему-то шёпотом спросил пузан.

– Воспитывать. Вы же не справляетесь. И вообще, шли бы вы отсюда. Уроки, наверное, сейчас идут. Вернётся к вам ваш Виталичек, минут через десять. Да! Снимать на камеру не советую.

Откровенно злой вид крепкого парня напомнил всем присутствующим о том, что поговорка «моя хата с краю» иногда очень разумна. Да и не было здесь человека, готового бескомпромиссно стать грудью на защиту Смешко. Всех он достал.

– Мы этого так не оставим, – угрожающе брякнул мужчина и первым вернулся в здание. За ним потянулись и остальные.

Ничего не ответив, Серёга поспешил за приятелями. Нашёл он их в глухом, невидном со стороны углу, за хозпостройками. Малолетка стоял на коленях и откровенно трясся от страха – он впервые в своей безмозглой жизни столкнулся с неприкрытой, враждебной силой.

– Ну что, насильник хренов. Сейчас мы тебе курсы благородных манер устроим, – прорычал опер. – Ставьте его на четыре кости и рот тряпкой зажмите!

А дальше была экзекуция. Старый ремень со звёздной бляхой не знал слов пощады и всепрощения, а просто делал своё воспитательное дело в районе филейных частей ублюдка.

Один из коллег, по просьбе Иванова, снимал сеанс наказания на смартфон.

Закончив порку, Серёга веско, утверждающе объявил:

– Слышь, козлина! Если ещё раз ты, гнусь, хоть кого-то обидишь или чего украдёшь – так легко не отделаешься! В бабское платье нарядим, палку полицейскую в очко вставим и сфоткаем для памяти. И пойдёт та фотография за тобой по жизни, как приклеенная.