Ненависть Волка

Спасся!

Сильно похудеть на жаргоне пилотов обозначало то, что если лазерный луч бьет по гиперокну в тот момент, когда звездолет находится еще в так называемом тоннеле перехода – пограничной среде, между пространством и гипеространством, то нарушившееся их равновесие просто схлопнет этот тоннель, сплющив корабль до толщины одного атома.

Получить по заднице ? это было несколько лучше. Звездолет уже успевал уйти из тоннеля перехода в гиперпространство, и его только догоняла образовавшаяся подпространственная ударная волна, сбивая с курса и вышвыривая из своего мира совсем не в расчетной точке.

Естественно, тогда их сразу сняли с патрулирования и вернули на базу – латать дырки, как в корпусе корабля, как и в душе. И пока «Авангард» находился в ремонтном боксе, оставшиеся в живых члены его экипажа находились в барах, время от времени совершая короткие «гиперпространственные» зигзаги от бара к борделю и обратно.

Вот на одном из таких зигзагов Рахад и познакомился с Вирсулой. Может от пережитых волнений, когда смерть смотрела на него линзами кроковских боевых лазеров, а может действительно так и было, но даже искушенный в таких делах полковник был поражен постельным искусством девушки. Даже ему, тертому космическому волку Вирсула сумела показать, что называется, небо в алмазах.

«Наверное, тогда меня просто сильно прижало, если бросился на такую, – мужчина равнодушно скользил взглядом по стройной фигуре девушки, – поджарая, как беговая лошадь. А зачем мне лошадь? Да и вообще, девка без сисек – деньги на ветер».

– Честно, – еще раз повторил он.

– Милый! – девушка, отбросив сигарету, бросилась к Рахаду в постель. – Ты только быстрей возвращайся! А то я сильно по тебе скучаю», – в голосе Вирсулы мужчина отчетливо услышал игриво-жеманные нотки.

«Тьфу! Точно пора девочке сказать бай-бай когда вернусь. Мол, когда я выполнял очередное опасное задание на благо нашей Родине, когда чуть ли не каждый день смотрел смерти в глаза, я понял, что пока мне рано думать о семейной жизни. Какое может быть семейное счастье, когда кроки буквально в тысяче световых лет от нас»?

– Не волнуйся, вернусь! – спокойно ответил Рахад и тут же почувствовал на своих губах вкус модных сладковатых, с кислинкой дамских сигарет.