Автомобильный детектив

Остальные столкновения давно известны и я бы сказал, банальны. Среди людей точно так же. На одну-две интересные личности приходится миллионы обычных заурядностей», ? Кузьма Кузьмич еще раз окинул взглядом густые и не очень шевелюры своих студентов.

? Вскипание такой жидкости происходит при появлении центров парообразования, например, ионов. Таким образом, если в камере Вильсона заряженная частица инициирует на своём пути превращение пара в жидкость, то в пузырьковой камере, наоборот, заряженная частица вызывает превращение жидкости в пар.

За дверью аудитории раздался громкий стук, и она тут же широко распахнулась ? на пороге возник парень, одетый в модные синие узкие джинсы и белоснежную рубаху с широким воротником. Светлые волосы лежали на голове небрежными прядями, уложенные не меньше, чем за пятьдесят долларов в самом модном салоне города. Профессор узнал в парне своего студента ? сына декана физического факультета, не баловавшего преподавателей своим присутствием на лекциях.

? Разрешите, Кузьма Кузьмич?

? Садитесь, Еропкин.

А аудитории раздался смех.

Сын декана не спеша стал подниматься вверх, на самую галерку.

? Перегретое состояние жидкости достигается быстрым, порядка за пять ? десять миллисекунд уменьшением внешнего давления. На несколько миллисекунд камера становится чувствительной и способна зарегистрировать заряженную частицу.

«Да, этот парень явно не крупинка золота для науки, ? глядя вслед модно одетому студенту, подумал Канарейкин.

? После фотографирования треков давление поднимается до прежней величины, пузырьки “схлопываются” и камера вновь готова к работе. Цикл работы большой пузырьковой камеры примерно одна секунда, то есть значительно меньше, чем у камеры Вильсона, что позволяет использовать её в экспериментах на импульсных ускорителях… ? лекция неторопливо катилась к своему окончанию.

Будущие научные светила, имеющую, как любил говорить профессор Канарейкин, искру Божию, основательно разбавленные теми, у кого этой искры не было, а наоборот, были проблемы с зажиганием, вникали в премудрости охоты за частицами, для которых любая пылинка была все равно, что земной шар для человека.

Прозвенел долгожданный, в том числе и для профессора звонок.