Триггеры

Мелькнул длинный хвост. Вытерев пот со лба – бегать по душным подвалам не самое лёгкое занятие, Соболев запустил программу поиска.

А дальше – всё как обычно: анализ, просчёт вариаций… Собственно, работа триггера кончилась, теперь работала машинка. Наконец программа пискнула и вывела на экран планшета результат – пусто. Соболев облегчённо вздохнул, но запустил поиск ещё раз, на всякий случай. Хорошо, если проблема не в подвале – здесь её решать всегда сложнее. Вообще, с любыми конструкциями примерно один алгоритм: чем выше точка события, тем меньше разрушений она принесёт.

На выходе из подвала Соболева встретил Михалыча в компании с грузным лысоватым охранником. На бейдже последнего было написано, что он начальник службы безопасности завода. Михалыч о чём-то оживлённо спорил с ним и прекратил только тогда, когда окутанная паутиной подвала голова Кирилла показалась из-за двери.

– Ну, что там? – спросил Михалыч.

– Пусто.

– Хорошо. Кирилл, это начальник охраны завода, – представил Михалыч своего спутника, – Сергей Викторович.

Начальник охраны протянул руку, которую Соболев неохотно пожал.

– Кирилл, – представился Соболев. – Михалыч, а что остальные?

– У всех пусто, – озадаченно почесал затылок старый мастер. – Колян ещё не всё прошёл, мы ждали, пока нам чердак откроют.

– Получается, что точка на крыше или в техническом?

– Да вот, – Михалыч снова почесал голову, – Сергей Викторович говорит, что у них сигнала вообще не было.

– Как – не было?

– У нас к мониторам отдельная смена приставлена следить, – сипло ответил начальник охраны. – Не было никакого сигнала. Потому мои ребята и не пускали вас.

– Чушь какая-то. Но у нас же система даже вызов отметила.

– Кхм, Кирилл, отойдём. – Михалыч взял Соболева за локоть и отволок в сторону. – Ты Роме звонил?

– Зачем?

– Позвони. Что-то там в диспетчерской происходит, а он мне не говорит. Ты ж с ним вроде нормально общаешься.

– Я понял.

Достав свой телефон, Соболев нажал первую клавишу на быстром наборе. В голове промелькнула мысль, что стоит, наверное, пересмотреть свою жизненную философию, раз на единичке стоит вызов работы.