Метаморфозы сознания

Серое поле с координатной сеткой, на нём – серый манекен-человечек, глупо смотрящий вдаль.

А потом началось действо.

Фиона рассказывала. «Голова более вытянутая, плавник длиннее. Нет, ещё длиннее. Вот. На хвосте – наконечник в виде ромба. Да. Вот такой». А на экране всё это воплощалось за какие-то доли секунды, итальянка даже не успевала договорить. Хелена полулежала на кресле-кушетке, закрыв глаза, и, казалось, дремала. Только мельтешение в окне редактора говорило, что это не так.

– Простите, что перебиваю, – не выдержал, наконец, Джеймс.

На экране уже вырисовался рыбочеловек – очень похожий на тех, кого он тогда видел на гребне холма в Мёртвом поясе, но какой-то другой. Цвета другие, и детали внешности тоже. – Док, но вы ведь даже не смотрите на монитор! Как это у вас получается?

Фиона посмотрела на него, как на идиота. Хелена медленно открыла глаза.

– Мне не нужно видеть монитор, капитан, – сказала она с лёгкой улыбкой – первой за всё время, что Джеймс пробыл здесь. – Он у меня в голове.

То, что на экране – для вас.

– В голове? Но…

– Это нейроинтерфейс, только гораздо более продвинутый. Совсем не то же самое, что обруч мысленного управления, к которым вы привыкли…

– А он вообще динозавр, – фыркнула Фиона. – У него даже телефон кнопочный.

– Ну и что? – пожала плечами Хелена. – Телефон, планшет, смартбрасер – разницы никакой. Тебе всё равно надо смотреть на экран, чтобы видеть, что ты делаешь. А я с компьютером работаю напрямую. Закрывая глаза, я ограждаю себя от лишней информации, чтобы сконцентрироваться на работе, только и всего.

– Понял, – кивнул Джеймс.

Рисование пошло дальше.

Модель получилась изрядно полигональной – всё же Хелена не была художником. По качеству графики что-то вроде персонажа из компьютерных игр начала двадцать первого века, и всё равно ординатор слепила это за каких-то пятнадцать минут. Такого Джеймс ещё никогда не видел.

– Посмотрите, капитан, – услышал он голос ординатора и вдруг понял, что сидит и тупо пялится на экран.

 – Он похож на тех, что вы видели?

– Сложно сказать, – ответил Джеймс. – Я-то их наблюдал с трёхсот ярдов… метров, хоть и в бинокль. Но точно могу сказать, что хвосты у тех были гладкие, без набалдашников. И гребни не такие пышные и другой расцветки.

– Два разных вида? – задумалась Хелена. – Вы сможете описать их? Более детально, чем показывает фотография?

– Ну… – Джеймс посмотрел на экран. – Ладно, док. Запускайте. Что смогу – вспомню.