Иллюзия контроля

Да и теория была вилами по воде писана.

К сожалению, в социальном плане они тоже весьма походили на друхиев, разве что были всё же более рациональны в обращении с пленными, да и броню предпочитали без торчащих во все стороны шипов. Во всяком случае, как и эльфы Вархаммера, людей они считали унтерменшами, а Браун прямо сказал на первой же лекции:

– Даже не пытайтесь соблазнить эльфийку. Для неё переспать с вами – всё равно что заняться любовью с обезьяной.

– Мы на разведку идём, а не в ночной клуб, – ответил Олег.

 – Вроде бы.

– Кое-кто из наших вояк уже высказывал такого рода мысли, так что лишний раз напомнить стоит. Эльфийские женщины горды – вот что вам стоит знать. Эльфийские мужчины тоже, но людьми они не брезгуют.

– Значит ли это, что эльфы-мужики любят трахать обезьян? – спросил Луис.

– У них другая философия. Мужчинам воспользоваться девушкой для разрядки можно, а вот чистокровной эльфийке лечь под человека – страшный позор. Некоторые этим даже пользуются в политических целях, или просто чтобы унизить…

– Я извиняюсь, – сказал Олег, – а если, ну, это… – он поднял два указательных пальца и потыкал ими друг в друга.

– О подобном у нас информации нет, – на лице Брауна не дрогнул ни один мускул.

Но массовыми казнями местные сверхчеловеки особо не развлекались, хотя и обладали правом жизни и смерти. Сказывалось то, что при нарастании жестокости вспыхивали восстания, и хотя они неизменно заканчивались поражениями, всё равно это выливалось во множество убитых эльфов и изнасилованных эльфиек.

Ходили слухи, что немногочисленные уцелевшие рабы свалили куда-то на запад, в горы, но о них больше никто не слышал, а эльфы не горели желанием отправляться на поиски.

Собственно, Замок Чайки, где сейчас квартировал Департамент, как раз и располагался на крайнем западном фронтире эльфийской цивилизации. Дальше лежала непроходимая горная цепь.

– Нам эти люди всё равно не помощники, – сказал Браун. – Ни технически, ни даже политически.

– А откуда у вас вообще информация?

– Вторая группа привела нескольких беженцев.

Две семьи, простые крестьяне, которым пришлось уйти из-за спора двух местных кланов насчёт их земли. Мы установили контакт, но рассказать они смогли немногое. Тут не налажена система образования для людей, знаете ли. Они даже не знали, как называются соседние государства.

Преподали им и основы языка, хотя Олег и сомневался, что за столь короткое время ему удастся запомнить хоть что-то.