Смерть – это лекарство

– Тихо-тихо. Лежи, не вставай, – говорит она мужу.

Джозеф протягивает руку ко лбу, нащупывает мокрое полотенце и стаскивает его. Линда пытается вернуть его на место, но все тщетно.

– Что со мной случилось? Последнее, что я помню, это то, как мы были в подвале и вешали табак… а потом… потом… как вы меня куда-то выносите под руки.

– Скорее всего, у тебя закружилась голова из-за того, что ты резко выпрямился, когда поднимал сигарету. Вот тебе стало плохо, и ты потерял сознание, – ответила Дженнифер на вопрос Джозефа.

– Мд-а-а, – протянул Джозеф. – И долго я пролежал без сознания?

– Около двух-трех часов, – сказала Линда. – Папочка, как ты себя чувствуешь?

– Немного подавленно, Птичка моя. Не переживай. Все будет хорошо.

Джозеф повернул голову и посмотрел через плечо Линды в окно. Уже начинало темнеть.

– Солнце так и не выглянуло?

Мама с дочерью одновременно кивнули.

– А пока я лежал без сознания, дождь был?

Линда потрясла головой.

– Это хорошо. А то пару кустиков-то еще осталось.

– Ой! – вырвалось у Линды.

– Что такое, Птичка? – спросила Дженнифер.

– Я забыла про последнюю коробку с листьями.

Она опустила глаза и начала смотреть на свои сапоги. Щеки слегка, но заметно залились румянцем. По ее виду было понятно, что ей стыдно и она сожалеет о своем поступке.

Джозеф посмотрел на Дженнифер, а затем коснулся рукой предплечья Линды.

– Мы тебя не виним. У тебя было другое важное дело. Куда более важное, чем эта коробка. Ты позаботилась о своем старике.

Дженнифер улыбнулась саркастической улыбкой.

– Ты и сама прекрасно видишь, что он натворил. Так что не переживай.

– Но я все равно пойду и принесу ее, – сказала Линда и встала со стула. – Я быстренько. Принесу и сама его развешу в подвале.

– Смотри, завтра я буду как в свои двадцать лет: спущусь и проверю, как ты справилась с работой.

Губы Джозефа растянулись в улыбке.

Линда, тоже улыбнувшись, вышла из комнаты родителей. Но, уходя, она услышала, как мама сказала папе:

– Ну что, Ромео, больше не будешь лазить ко мне на балкон.

– Это еще почему?

– Да потому что я не собираюсь тащить тебя на себе до кровати.

Смех вырвался из груди Дженнифер. А спустя секунду и из груди Джозефа.

Выходя на улицу, Линда продолжала улыбаться, потому что она была счастлива, что с отцом ничего настолько страшного не случилось.