Зловещие тени Стинадлы

Черстви потравини – свежие продукты. Вообще с чешским языком нужно быть аккуратным. Хотя он и похож на русский, но часто знакомые нам слова имеют другое или противоположное значение.

– Например? – спрашиваю я.

– О, таких слов великое множество. Фрукты – овоцэ, овощи – зеленина, запах – вуне, вонь – запах, прекрасный – ужасни, проститутка – невестка, гречка – поганка, стол – стул, дурак – питомец, холостяк – младенец, нюхать – чихат, забыл – запомел, запомнил – запаматавал. Это далеко не все, конечно.

– Господи, профессор.

Это прям кошмарный ужас какой-то! – манерничает Белит.

Артисты возвращаются на дно. Танцовщица переоделась в одежду, более подходящую для работы с огнём, в руках тонкие стальные цепочки с шариками, пропитанными горючим составом. Парни поджигают шарики и фаер-шоу начинается. Девушка вращает горящими шариками, потом один из парней подаёт ей факел. Девушка выдувает горючее вещество сквозь пламя факела. На секунду в воздухе образуется большой огненный шар и гаснет. Артисты кланяются.

Фаер-шоу окончено.

В подвале совсем нечем дышать. Смотрю на часы. Ульяна Сергеевна замечает моё движение, встаёт, опираясь на плечо мужа, и объявляет:

– Пора отдыхать, друзья. Уже поздно, а завтра нам предстоит насыщенный день.

– Я встану! Что вы такое говорите, Ульяна Сергеевна? – выражает своё несогласие сильно захмелевший Валера. – Время же детское, братцы! Я требую продолжение банкета!

– Не вставай, Валера! – кричит Чаркин. – Я присоединяюсь к предыдущему оратору! Настоящий писатель должен быть всегда слегка выбрит и до синевы пьян!

Похоже, что чешское пиво сплавило воедино непьющего поэта с пьющим сказочником.

К их дуэту присоединяется ещё пара-тройка мастеров российской словесности.

– Тогда давайте продолжим ужин у нас на Врановской, – предлагает компромисс Ульяна Сергеевна. – Кто «за», поднимите руки.

Это предложение принимается большинством голосов. Дружно встаём, одеваемся и, поддерживая друг друга, выбираемся из подвала. Мне помогает Алёна – тянет мощной дланью во мрак ночи.

У выхода рассчитываемся за удовольствия. Огненное шоу – отдельно. Цены на удовольствия божеские, никто из наших не ропщет. На улице чуть светлее, чем в подвале, дождя нет, светят звёзды, блестят мокрые камни мостовой. Я с наслаждением вдыхаю влажный воздух. Сейчас он особенно сладок и приятен. Почти как «дым отечества».

– Мы с Аркадием Валентиновичем едем домой на машине, – говорит Ульяна Сергеевна. – Можем взять с собой трёх человек.