Ты счастье моё

Его передали на пятьдесят лет по льготной арендной ставке в пользование благотворительного фонда, который учредила Саша, когда Петра Евгеньевича не стало. Больше не было смысла скрывать огромный вклад её друга в различные благотворительные проекты города. Она решила, что фонд будет носить его имя, и таким образом она увековечит память о Янковском. Он оставил ей успешную компанию, стабильный доход в несколько сотен миллионов долларов в год, и веру в то, что большие деньги нужны только для больших добрых дел. Саша поклялась, что не свернет с этого пути.

И только Павел мешал ей осуществить её благую миссию. Он не любил Янковского, а Петр Евгеньевич, пока был жив, на дух не переносил Павла. Первый считал, что старик блаженный, раз все деньги пускает не в бизнес, а тратит на убогих, которым невозможно помочь, второй с болью наблюдал, что Саша оказалась под влиянием такого отъявленного мерзавца, каким Янковский считал Павла. Саша была между ними, как меж двух огней. Но к счастью, Павел пришел в компанию тогда, когда Петр Евгеньевич почти полностью отошел от дел, оставались только их ежегодные встречи, на которых Павел никогда не присутствовал.

И какое бы влияние он ни оказывал на Сашу, Янковский всегда был на первом месте. Это было неизменно, и это доводило Павла до бешенства.

Саша взглянула на часы, было 8 утра. «Очень хорошо, значит, я все успею», – подумала она, поднимаясь на последний этаж в бесшумном лифте, сверкающем начищенной до зеркального блеска сталью.

Изрядно пропотев на тренажёрах, Саша пошла в сауну.

Тело приятно ныло. Она любила эту сладкую усталость после тренировки. Любила ходить в спортзал по утрам. Офисный планктон предпочитал вечерние занятия, а Саше нравилось, что утром не было толп в раздевалке и душевой. Сегодня она и вовсе была одна в зале. Остальные, видимо, уже начали отмечать. За стойкой скучала девушка-администратор. Она сонно протянула саше ее абонемент и забрала ключ от шкафчика, но вдруг, словно опомнившись, воскликнула:

– О, это же вы?! Вы женщина года! – девушка схватила со стола журнал и ткнула им Саше почти в лицо.

– Да, это я, – после неловкой паузы подтвердила Саша, бросив взгляд на обложку, с которой на неё опять смотрела она сама.

– Распишитесь, пожалуйста! – взволнованная девушка протянула ей ручку.

Саша помедлила, ей показалось это таким нелепым – подписывать журнал, будто она какая-то звезда. Но девушка смотрела на нее с таким восхищением, что Саша поставила свою подпись на обложке.