Город N

Будто бы часть меня – та самая часть, которая заставляет нас держаться на плаву в обществе, отделилась, подлетела к побеленному потолку, стукнулась об него и растворилась…

– То есть у вас была такая галлюцинация?

– Это не галлюцинация, Андрей!!!

– Стоп! Не стоит кричать. Все хорошо. Мы просто беседуем. После этого вы открыли глаза в городе N?

– Да! Я очутился посреди дороги – огромной магистрали, конец которой скрывается в тумане, а разделительные полосы то смыкаются, то размыкаются. Они переплетались в узлы – небольшие островки, на которых дышать несколько легче, чем во время движения.

– Пыль?!

– Именно пыль – бархатисто-желтая пыль, которую на редком солнце практически не видно.

– Опишите город N.

– Это невозможно!

– Почему?

– Нужно побывать там самому, чтобы понять его магию, его утопичность. Нужно встретиться с Морфийгеймером – Кудесником и Конструктором этой утопии.

– Как это возможно?..

На этом врач выключил диктофон. Что-то неведомое подсказывало ему, что Владислав не врет. Он не мог определить ни одного признака душевного расстройства.

– Курит? Все курят. Рассказывая такое, можно невольно закурить, – рассуждал, слушая пациента, врач и ловил себя на мысли, что и сам держит в руках сигарету. – Немного волнуется? Да и мои ладони вспотели. Черт побери… Чертовщина какая-то.

Андрей Викторович сел вполоборота к Владу, чтобы ему стало максимально комфортно рассказывать про таинственный городок, к которому невозможно добраться обычными путями.

– Скажите, что вам дал этот город? – спросил он у пациента.

– Лишь одно! Я смог забыть про свою драму, – ответил больной. – Я посмотрел на нее с другой стороны.

– Как же в него попасть?

– У вас есть проблема? – резко спросил молодой человек, одетый в больничную форму с прикрепленной биркой №2602.

– Да! – ответил Андрей и закурил. – Я тоже не могу забыть любимого человека.

– Может, проще помнить вечно тех, кого так желаем забыть? – философски спросил Влад.

Он улыбнулся. Было видно, что он начинает доминировать, владеть ситуацией. Достаточно им поменяться формой: одному надеть белый халат, а другому рубашку с длинными закатанными рукавами, и ни одна живая душа с первого взгляда не поймет, в чем дело.

– Как выглядит Создатель? – спросил Румянцев.