Кто рано встаёт, тот рано умрёт

– Однако какой изысканный букет! Такого сказочного вина нет даже в винной конторе Гадельмана, – уважительно произносит Эдик, разглядывая этикетку на бутылке. Похоже, что он знаток алкогольных напитков.

После первого бокала довольно прохладная атмосфера застолья становится теплее. Даже недружелюбный Кельвин слегка оживает и саркастично скрипит, сверля нас с Эдиком светло-голубыми глазками:

– А вот мне кажется, что идти в Замок со своими картинами, всё равно, что в крематорий со своими дровами. Здесь и так есть замечательная картинная галерея, не так ли?

Я пожимаю плечами.

– Как говорят у нас на стройке: «Между первой и второй наливай ещё одну!» Кельвин, Селина! Присоединяйтесь.

Кельвин отрицательно качает головой. Селина отвечает Эдику фальшивой улыбкой, но свой бокал подставляет. А по мне так лучше на лицах фальшивые улыбки, чем искренняя ненависть. Баклажан со своей стороны тоже не прочь выпить.

«Поехали! – Прозт!»

Вкушаем.

Селина с проснувшейся симпатией смотрит на меня заблестевшими глазами.

– Вы не поляк, Вадим? В вашем немецком слышен польский акцент.

– Нет, я из России.

– О, настоящий русский! – громко удивляется Баклажан. Она с недоумением разглядывает меня. Видимо русского она представляет себе этаким бородатым мужиком, в кумачовой рубахе, в каку пьяного, с балалайкой в волосатых лапищах и ручным медведем на плече.

– А чем вы занимаетесь? – спрашивает Селина. Вино развязало ей язык.

– Пишу детективы, – неохотно признаюсь я. Не люблю говорить о своей работе.

– Как интересно! – хлопает в ладоши Баклажан и невзначай прижимается ко мне плечом. Даже через пиджак чувствую, какое оно горячее.

– Значит, вы писатель детективов? – продолжает пытать меня Селина. – А что вы делаете в замке?

– Это страшный секрет, Селина, но тебе я скажу. В замке Вадим собирает материал для нового детектива, – Эдик заговорщицки подмигивает любопытной польке.

– Вы здесь ничего не найдете, – бурчит плешивый консультант. – В этом замке нет пищи для автора криминальных историй и никаких преступных деяний произойти не может, не так ли?

– Ну и слава богу, – замечает Селина.

– Давайте лучше выпьем, – предлагает Эдик.

Пьём.