Блеск тела

«Он» наставил на него дуло своего кошмарного пистолета, такое же тёмное и равнодушное, как лицо убийцы. Чипиздрик-«она» подошла ближе к Манчестеру; всё так же протянула руку: «давай сюда». Манчестер понял, что сейчас умрёт. Теперь он знал, как выглядит его смерть. Всей душой, всеми силами ещё живого тела Манчестер воспротивился своей участи. Он повернулся к убийце и в ярости закричал, что было сил, глупые, случайные слова, первыми пришедшие на ум:

– Грёбаные гастарбайтеры! Слава России!

Манчестер почувствовал, как грудь его прожигает раскалённое сверло.

Один раз, второй… От нестерпимой боли всё вокруг расплылось и потемнело. Вдруг он обнаружил, что лежит на диване. Кореш Дуремар смотрит на него с пола стеклянными глазами. В меркнущем мозгу Манчестера ещё успела появиться дурацкая фраза, невесть как застрявшая в его памяти: «Русские своих не бросают!» Он непроизвольно вздрогнул несколько раз и умер. Его неполучившаяся жизнь закончилась.

Чипиздрики принялись искать…

7.

На следующее утро

Несмотря на вечернюю трагедию, равнодушный вторник всё равно наступил ровно в полночь. Утро тоже не подвело – прохладное питерское солнце осветило небосвод в урочное время. В общем, жизнь шла своим чередом. Два мёртвых терпигорца зябли на холодных железных столах в морге и ждали своих вивисекторов. Майор Траулько сидела в управлении полиции за столом с печеньем, конфетами и чаем и красила слипающиеся от недосыпа глаза.

Точно в шесть часов мобильник Траулько задёргался в припадке трудолюбия. Совсем не вовремя. Видимо руководство тоже провело бессонную ночь и ему не терпелось. Траулько сдержанно доложила, что её подручные облажались.

– Ну, найди новых, – равнодушно предложило руководство.

– Проблема в том, что никто не знает, где теперь бриллиант, – нервно сказала Траулько, обрезая маникюрными ножничками заусенцы на пальцах.

– Может быть, камень забрали убийцы? – предположило руководство.

– Скорее всего, так. Наши ребята нашли под шкафом пустую коробочку из-под «Сверкающего Могадишо». Мне Манчестер успел сказать, что камешек у него.

– А что он ещё тебе сказал? – поинтересовалось руководство.

– Да, в общем-то, больше ничего. Нет, вспомнила! Манчестер сказал: «Главное, по дороге со страху не обосраться». Что-то типа того.

– Это ключевая фраза! Тонкий намёк! – оживилось руководство. – Теперь всё ясно.