Сны

Вы не имеете права наказывать их! Тем более, не разобравшись в ситуации!

– Это наши войны! И нам решать, как поступать с ними!

– Тогда наказывайте за иное, а не за то, что сделала я! – Мы с ним начали кричать друг на друга. Остальные сидели тише воды, ниже травы. Явно боялись его. Палач так и стоял с отпущенным кнутом. Сек находился в углу комнаты, и смотрел на меня недоверчивым взглядом. Так же в его глазах читалось: «Оставь это. Не вмешивайся. Здесь есть и моя вина». На что я покачала головой, и опять впилась гневным взглядом в блондина.

Он был настроен очень решительно. Мне на ум пришла одна мысль. Надеюсь, это спасет троицу. – Я хочу, что бы эти люди были моими телохранителями. Не просто хочу, требую этого!

Все, кто был в комнате, уставились на меня. Под их тяжелыми взглядами я выпрямилась сильнее, и стала смотреть свысока. Попробуйте мне перечить, найду на вас всех управу.

– Что же, – промолвил блондин. – Хозяин говорил, что бы вы сами выбрали себе свадебный подарок. Пусть будут эти трое им.

Вы сами так решили, Госпожа. Не пожалейте потом. – Сказав это, он вышел из комнаты, плащ черной тенью развевался за ним. Остальные последовали его примеру.

Не думала, что все так легко будет. Значит, свадебный подарок. От этих слов на душе образовался неприятный осадок. Мой взгляд вернулся к углу, где был Сек. Он уже сидел на полу, прислонившись спиной к стене. На лице не было ни одной эмоции. Что же он все-таки думает обо всем этом?

– Прости. Просто не знала, как еще заставить их отменить наказание, – прошептала я, подойдя ближе к нему.

Он поднял голову и впился в меня взглядом.

– Нет ничего зазорного, быть телохранителем у знатной девицы. Нет ничего зазорного в ударах кнутом. Не в первый раз мне их получать.

– Надеюсь, что последний был давно. И постараюсь, что бы их ни было.

– Странное отношение к этому у вас, Госпожа.

– Не люблю, когда бьют людей. Неважно за что! За дело или без. Если есть возможность, я заступаюсь. – Глаза защипали от слез.

– И всегда получается?

– Нет, – прошептала я, голос отказывался меня слушаться.

В который раз. Кое-как справившись с эмоциями, посмотрела на Сека снова. – Ты так хорошо помнишь все удары кнутом?

– Хм… нет. Впоследствии они стираются из памяти. – Он какое-то время помолчал. – Но отчетливо помню первый раз… Это было лет восемь назад. Мне было четырнадцать. Моя семья жила бедно. Едва хватало на пропитание. Отец погиб. Я самый старший, и все заботы свалились на меня.