Небесные воины

 – Я обещала научить тебя открывать иные миры и всему, что обещала, я тебя научила. А про кольца мы не договаривались. Понимаешь, Бел…

– Не называй меня Белом! – заорал Бомж.

Улыбка Головастика превратилась в ехидную ухмылку.

– Хорошо, Бомж, не буду, – сказала она.

– И Бомжом не называй!

– А как тебя называть? Иисусом Христом? Ты уж извини, но на этот миф ты не тянешь, рылом не вышел. Хотя… из уважения к твоим ученикам…

– Не смей! – взвизгнул Бомж. Тут он посмотрел вперед и истошно заорал: – Останови машину!

– Сейчас остановлю, – сказала Головастик и действительно остановила ее, только не сразу, а метров через пятьдесят, рядом с первыми рядами экскурсантов.

Она заглушила двигатель, выдернула ключи из замка зажигания, открыла дверь и вылезла из машины. И сразу сбросила босоножки – райская трава очень мягкая и шелковистая, по ней приятно ходить босиком. Выключить музыку она не удосужилась и райские пажити теперь оглашали органные аккорды Джона Лорда.

Головастик сняла темные очки и обворожительно улыбнулась.

Крючконосые лица раввинов мгновенно расцвели ответными улыбками. Это неудивительно – Головастик не очень красива по современным меркам, но невероятно сексуальна. Чтобы устоять против ее чар, нужно быть либо безнадежным гомосексуалистом, либо вообще евнухом. Чертами лица Головастик отдаленно напоминает Милу Йовович, но по обаянию Мила Йовович отдыхает.

– Здравствуйте! – провозгласила она. – Позвольте представиться – Сатана, адский Сатана.

В то же мгновение к органным пассажам Лорда присоединились гитары Блэкмора и Гловера, а секундой спустя Гиллан запел про good golly miss Molly, Tutti frutti и Lucille.

Раввинские улыбки погасли. Надо полагать, Speed king – не самая подходящая песня для данной ситуации. Я вырубил музыку.

Распахнулась задняя дверь и на траву осторожно выбрался Бомж, он был весь красный от гнева.

– Иисус, ты священника забыл, – сообщила ему Головастик. – Сергей, помоги, пожалуйста, его выгрузить.

Крупный молодой человек атлетического телосложения выступил вперед.

– Ты тоже Сергей? – спросила Головастик и рассмеялась.

Мой тезка глупо кивнул.

– Тогда давайте вдвоем, – резюмировала Головастик, – так веселее.

Я открыл левую заднюю дверь и мы с тезкой сгрузили на траву практически бездыханное тело Антона. В ходе выгрузки простыня размоталась и Антон оказался голым. Как обычно бывает с могучими людьми, его мужское достоинство выглядело карикатурно маленьким.